Сыскари

Сизова сюда уже доставили. Постарайся убедить его, что полуправда – это та же самая ложь.

– Если Куглер умрет, у Сизова будут развязаны руки, – заметил Гуров. – Он остается один из всей бражки, и его показания некому будет опровергнуть.

– Будем надеяться, что Куглер поправится, – сказал Мордовцев. – Такие экземпляры живучие. Но, признайся, что даже ты не ожидал от тихого связиста такой прыти?

– Да-а, – посмеиваясь, сказал Гуров. – Он мне чуть всю операцию не испортил. Во-первых, затеял драку, на что я и правда не рассчитывал, а во-вторых, стрелять начал.

А у меня выстрел был назначен как сигнал. В общем, мы с Крячко едва к шапочному разбору поспели.

– Пистолет импортный оказался, из той же серии, что и все их оружие, – вспомнил Мордовцев. – Богато они, кстати, запаслись! В подвале еще три коробки патронов оставались, четыре автомата ""узи"" и четыре пистолета. Эксперты потом все там перерыли – надеялись, что еще и ценности какие-нибудь обнаружат. Но ничего такого… Видно, эти на преступную дорожку решили встать один раз, зато уж так, чтобы обогатиться сразу и навсегда.

– Ну не скажи, – покачал головой Гуров. – Единственное преступление в быту можно совершить. А корыстные, они одно за другим тянут. Сам говоришь, они с Нодаром работали. Не думаю, чтобы они фрукты возили. А контрабанда оружия? А убийства? Просто тут в центре, так сказать, композиции обосновался этот ""Глаз Будды"" и отвлекает внимание на себя. А банда-то была крайне опасная, готовая на все!

– В сущности, ты совершенно прав, – вздохнул Мордовцев.

 – Однако все-таки все их устремления вертелись вокруг этого проклятого камня. Как будто помешались они на нем! И ради него они были готовы на все… Но вся эта философия нас с тобой не касается. Давай займемся фактами.

Он позвонил, и через минуту в кабинет ввели Анатолия Сизова. За эти дни он слегка похудел, но держался по-прежнему бодро и уверенно. Однако посмотрел на Гурова и Мордовцева с затаенным беспокойством, видимо, что-то почувствовал.

– Садитесь, Сизов! – приказал следователь.

 – Полковника Гурова, конечно, узнали?

– Как же мне не узнать полковника? – с легкой насмешкой ответил Сизов. – Человек, который отнял у меня свободу! Да я теперь его до гробовой доски не забуду.

– Вы сами лишили себя свободы, Сизов! – строго сказал Мордовцев. – У вас все было – интересная работа, путешествия, своя квартира…

– У вас вот тоже интересная работа, – охотно вступил в разговор Сизов. – Если со стороны посмотреть.