Лорд оттон Грэйд, - постаралась даже вежливо улыбнуться, - а как прикажете мне относиться к вашим отношениям на стороне?!
На лице его светлости промелькнуло нечто сродни усталости, после чего мне с ощутимым глухим раздражением высказали:
— Ариэлла, мы уже обсуждали данный вопрос, но вы вновь вынуждаете меня повторить - о супружеской верности с моей стороны не может быть и речи. Я мужчина, у меня имеются определенные желания и потребности, которые вы с вашим монастырским воспитанием и в силу юного возраста не способны удовлетворить.
Я осторожно поставила чашку на стол. Весьма осторожно, отчаянно подавляя желание швырнуть фарфор… и не мимо лица его светлости, затем неожиданно вспомнила о любопытной детали. Вспомнила, и не пожелала утаивать свои знания от герцога. А потому с самой вежливой из улыбок, сообщила:
— Лорд оттон Грэйд, родовой брак, заключенный исключительно по вашей воле, и вопреки моему желанию, предполагает чистоту супружеских отношений и налагает ограничения как на жену, так и на мужа!
Герцог изогнул бровь и поинтересовался:
— В сферу вашего образования входила и столь малоизвестная наука как основы родового брака?
— Матушка Иоланта настаивала на нашем знании всех типов брачно-супружеских отношений, существующих в королевстве, -холодно ответила я.
— Это вызов? - язвительно-насмешливо поинтересовался герцог.
— Это обозначение границ дозволенного, в которые вы нас обоих поставили! - резко напомнила я.
На сей раз глаза лорда медленно сузились, выдавая охватившую его ярость. Необоснованную, в отличие от моей.
— Леди оттон Грэйд, - ледяным тоном начал его светлость, - в данном вопросе я не планирую придерживаться каждой буквы закона о родовом браке. Но меня крайне удивляет ваша попытка славить мне какие-либо ограничения. Я так же вынужден вам напомнить, что аристократические браки отличаются определенными условностями, среди которых априори предполагается святая верность со стороны жены, как хранительницы рода и чистоты крови, в то время как для супруга допустимы некоторые вольности в данном вопросе.
Я выслушала молча каждое его слово. Каждое.