— Простите? - он оторвался от послания.
— Родовой брак не отменяет моей обязанности следить за нашим имуществом, - зло повторила я.
Смех лорда носил несколько саркастический характер, после чего он с нескрываемым презрением произнес:
— Вот она, провинциальная хватка.
Вероятно именно эта реплика, спровоцировала ответную:
— Родовой брак вследствие невозможности развода предполагает совместное владение имуществом, лорд оттон Грэйд, в то время как светский и церковный довольствуются назначенным для жены содержанием.
— А я и не спорю, леди, - насмешливо улыбнулись мне. - Однако и в родовом браке супруг вправе не только контролировать, но так же ограничить расходы драгоценной супруги.
Искренне попыталась сдержаться, но в итоге все же ответила:
— Как и супруга вправе контролировать расходы мужа.
Несколько секунд черные глаза его светлости молча прожигали мое лицо, словно силясь обнаружить источник неожиданной словоохотливости. Затем неопределенно кивнув, лорд оттон Грэйд вернулся к собственному письму, небрежно обронив мне:
— Было бы печальным обнаружить идеализм в собственной супруге.
— Волей Пресвятого все мы должны стремиться к идеалу, -холодно произнесла я, так же уделив внимание разворачиваемому посланию.
— У вас отныне иные боги, - ледяным тоном напомнил герцог.
— Храм - иной, - согласилась я, - а бог живет в душе, лорд оттон Грэйд, и даже родовой брак не дает вам права на мою душу.
Вероятно, прозвучало резко. За это я удостоилась еще одного внимательного взгляда, после чего лорд заметил:
— Вы напуганы моим обещанием и злы на себя, Ариэлла.
Не ожидавшая столь резкого перехода, я неуверенно кивнула.
— Хорошо, отнесу в каюту. Доброго дня, леди оттон Грэйд.
С этими словами герцог забрал стопку книг, собственную почту и покинул меня, оставив наедине с отчетом управляющего.
Некоторое время я разглядывала сломанную восковую печать на свитке, затем осторожно развернула… О, Пресвятой, лорд оттон Грэйд не счел необходимым сообщить, что родовое поместье располагается на юге, а управляющий южанин! И, следовательно, отчет был составлен на элетском южном наречье. Языке, который был мне абсолютно незнаком!
Великолепно! Слов, добрых слов в отношении герцога у меня не осталось.