На невыразительном лице вскинулись обе брови, после чего мужчина резко выдохнул и прошипел:
— Ну, знаете ли! Вы… - под моим пристальным взглядом проглотил готовое сорваться оскорбление и скомандовал: - Ступайте в свои комнаты, леди Уоторби, леди вашего положения не пристало разгуливать без сопровождения! Не забывайте о своем статусе! Наверх!
Молча кивнула, улыбнулась растерянной женщине, и гордо расправив плечи, отправилась в свои покои, разгневанный поверенный, тяжело дыша и ругаясь на ассаре, шел следом.
Подведя меня к двери, господин Ирек хмуро произнес:
— С завтрашнего дня вам будет предоставлена компаньонка…
— Вы хотели сказать ‘гувернантка’, - не слишком вежливо перебила я.
Дернувшаяся щека и хриплое:
— Вы не настолько молоды, чтобы иметь гувернантку!
Я поправила кружева на пышной юбке, мило улыбнулась и заметила:
— Я не настолько стара, чтобы нуждаться в обществе компаньонки, господин Ирек.
Теперь у поверенного задергалась щека, и в галерее раздался рев:
— Марш в комнату, вздорная девчонка!
Вступать в дискуссию не имело смысла.
— Это теперь все ваше.
Вновь окинув взглядом стеллажи с книгами, я не могла не заметить, что все книги имели характерную мягкую обложку, и цвет переплета обычно применяемый для литературы, находящейся под жестким запретом в лицее ‘Девы Эсмеры’.
"— Вульгарные непристойные эротические любовные романы, - кратко охарактеризовала я щедрый подарок господина поверенного. - Полагаю, вы оторвали эту поистине многотомную коллекцию от сердца.
Лицо и шея господина Ирека покрылись пятнами, задергались оба глаза.
— Леди Уотбери, я это не читаю! Это… это осталось в замке… от… Это теперь ваше!
Мило улыбнулась поверенному и невинно поинтересовалась:
— Наследство очередной безвременно почившей?
Двери господин Ирек закрыл сам! Да еще и на ключ. Меня фактически заперли наедине с разрушающей мозг, искажающей восприятие, отравляющей вкус литературой.