В итоге сказал, что теперь я готова заниматься в общей группе. «Уворачиваться научился, и сразу не зашибут», – изрёк магистр. Звучало не очень оптимистично, но Харн остался доволен и предложил отметить это на выходных.
На улице мы увидели сирену, которая шла от библиотеки. Она целенаправленно двинулась к нам, и встречи было не избежать.
Пройти мимо в её планы не входило, и она первая начала разговор.
– Хотела сказать, что искренне расстроена тем, что у Лорана возникли проблемы. К сожалению, в Академии некоторые обладают слишком хорошим слухом и отсутствием такта, озвучивая чужие разговоры и переиначивая их.
Выглядела Миллисент действительно расстроенной и трогательной. Я восхитилась ею. Честно. Как ловко она сняла с себя обвинения в болтовне, тонко намекнув на оборотней.
– Лоран, я рада, что вам удалось избавиться от наветов, и сожалею, что стала косвенной причиной их, – обратилась она ко мне. – Даже не подозревала, что здесь у меня есть недоброжелатели, – жалобно вздохнула, опустив глаза в пол.
Всё бы хорошо, но при этих словах от неё снова тёплая волна пошла, всколыхнув что-то у меня в груди.
– Думаю, Лоран всё понимает, – с сочувствием произнёс Харн. – Почему вы не одеты? На улице холодно.
Действительно, сирена была без верхней одежды, и у неё уже порозовел кончик точёного носика.
– Одежда в библиотеке. Я увидела вас и не могла больше молчать.
– Позвольте вас проводить и помочь с книгами.
– Благодарю, – потупилась она, засмущавшись. – Лоран, вы не сердитесь? – и одарила меня трогательным взглядом.
Только я смотрела холодно, не в силах понять, почему Харн не видит её игру?! Миллисент как будто споткнулась о мой взгляд, и в глазах на миг промелькнуло раздражение, которое тут же спряталось за длинными ресницами.
– Надеюсь, со временем вы меня простите.
Тёплая волна, исходящая от сирены, усилилась, становясь физически ощутимой. Ластилась ко мне, как котёнок, но я была настороже и не придумала ничего лучше, как отгородиться, выставив ментальный щит.
– Да он уже тебя простил! – воскликнул Харн. – Пойдём, пока ты не простыла.
Бросив на меня взгляд из-под ресниц, Миллисент позволила себя увести, а я осталась стоять, глядя вслед и кусая губы.
Вечером Харн зашёл ко мне лишь для того, чтобы сообщить, что завтра он с нами не едет. У него изменились планы. Без слов было ясно, кто стал причиной этого.