Сольен посмотрел на меня ещё раз и ответил:
– После того как он себя исчерпал, амулет прекратил своё существование.
– Странно, и почему я ничего не слышал о таких амулетах? – насмешливо произнёс дознаватель. – А как он выглядел? Опишите.
– Господин следователь, мы будем амулет описывать или вы всё же проверите наши слова и предпримете хоть какие-то действия по задержанию заказчика нападения?! – не сдержался оборотень.
– Смените тон! На данный момент все факты указывают на то, что это вы напали.
– Адепт Академии Лоран является подопечным принца. И не в вашей компетенции иметь все сведения об артефактах, что находятся в распоряжении королевской семьи! – отчеканил Сольен, выведенный из себя.
– Вы ещё имеете наглость мне угрожать?! – изумился дознаватель. – Самоуверенный молокосос! Вас не мешает научить хорошим манерам. Из-за таких, как вы, ни за что пострадал достойный человек!
– Это вы мерзавца, что мы притащили, назвали достойным?! – изумился оборотень.
– Он тоже пострадал из-за мнимых страхов вашего молчаливого дружка.
– Тогда о ком речь? Неужели о некроманте, что находится в бегах?!
– Таким молокососам, привыкшим к вседозволенности, не понять, каково это, когда достойный человек вынужден спасаться всего лишь из-за того, что адепты забыли об уважении к преподавателю и посчитали себя вправе поднять на него руку! Позор!
– Вы понимаете, что говорите сейчас о государственном преступнике? – осторожно уточнил Сольен, поняв, что никакой помощи мы здесь не дождёмся.
– А по чьей вине он им стал? – зло спросил дознаватель, бросив на меня обвиняющий взгляд.
Я смотрела него и видела перед собой служаку. Наверное, он дружил с профессором Нихлау и уважал его. Они же должны были сталкиваться по работе. Я постаралась взглянуть на ситуацию с его стороны. Всё произошедшее с некромантом он считал несправедливостью. Я для него была протеже принца, охамевшая от своего особого статуса настолько, что посмела поднять руку на преподавателя.