– Смотрите, он, вроде бы, успокаивается, – слышался неуверенный голос Милдред.
– Правда? – спросила я, чувствуя, как кроха пытается взобраться мне на голову. Видимо, оттуда защищать маму намного проще. Он был небольшим, размером с упитанного кота. Я прижимала его к себе, слыша, как бьется его маленькое сердечко.
– Я попробую поискать другую микстуру, – выдохнула Мария. – Должно же быть что-то, что успокоит вас?
Она ушла, пока я баюкала крошку. Я смотрела на кольцо, которое не отвечало.
– Давайте я подержу,– прошептала Милдред.
– Спасибо, – выдохнула я, пытая снова кольцо. Оно молчало. Как вдруг я услышала нечто странное. Словно… Словно стон боли и напряжения… Словно кто-то выдавил из себя слово: “Ни-за- что!”.
– Ты… Ты это слышала? – дернулась я, а внутри что-то екнуло. Я не верила своим ушам.
– Да, мадам, – прошептала Милдред. – Кажется, кто-то сказал слово: “Ни за что!”.
Значит, мне не показалось. Адриан жив… И кольцо с ним. И он в беде…
– Мадам! – влетела Мария. – Мадам… Приехала … матушка господина Адриана.
Матушка? Как вовремя! Вот только ее мне не хватало для полного счастья!"
"Я дернулась, вспоминая кислую мину это дамочки и ее скандалы. Мне хотелось послать ее к чертям, выписать в путевку в оздоровительный санаторий имени всех половых органов.
Только я открыла рот, как услышала стук каблуков по коридору.
– Мадам! Вам не… – начал дворецкий, но в комнату влетела матушка Адриана.
– Это все из-за тебя! – выплюнула она, а ее лицо исказилось гримасой презрения и ненависти.
Глава 48
Я хотела встать и ка-а-ак высказать ей все, что накипело!
– Что случилось? – спросила я, замирая.
– А разве ты не знаешь?! – процедила герцогиня. Запах ее цветочных духов с отчетливой ноткой сирени казался мне инородным, чуждым, неприятным. Словно его быть здесь не должно!
– Что случилось с Адрианом! – повысила я голос. Сердце подпрыгнуло от страха за жизнь любимого. – Или вы отвечаете мне, или идете истерить в другом месте!
Я прижала к себе Кристиана, пытаясь отдышаться.
– Я пока не могу сказать точно. Но мне донесли, что королевский совет обвинил его в государственной измене. Дескать, это он осуществил покушение на королеву! – взвизгнула герцогиня. – И сейчас он в темнице…
Не может быть… Я присела в кресло. Тело, словно онемело. Я его почти не чувствовала.