– Поэтому я сделала так, чтобы в тот момент, когда его отец в очередной раз поднял на меня руку, Адриан это видел! Не просто слышал, но и видел! Видел своими глазами свое будущее… Обычно отец требовал увести его на прогулку или в дальнюю комнату. Но я соврала, что ребенка увели. Я хотела, чтобы он понимал, что происходит.
Я изумленно смотрела мать Адриана.
– И тогда, когда все закончилось, я сказала ему, что он должен защищать… И плакала, потому что он меня не защитил. Я надеялась, что что-то светлое шевельнется в его душе! Что-то, что не позволит стоять в стороне, когда обижают слабого… – прошептала мать Адриана.
О, да… Я вспомнила Ландара. Все, что она сейчас говорила идеально ложилось на его портрет. И тут же я посмотрела на Кристиана. Неужели мой сын тоже станет чудовищем?
– И я это понимала. И тогда я направила его злость и ярость против тех, кто обижает, – отрывисто произнесла мать Адриана.
Она промолчала и шумно вздохнула.
В ее словах была доля правды… Я посмотрела на свою грудь, где красовалась царапина от детских когтей. “Он случайно, он же маленький!”, – подумала я.
“А как бы я поступила на ее месте, если бы речь шла о Кристиане?”, – подумала я. Он растет жестоким, как Ландар, я вижу, что у меня по дому бегает чудовище… Все события прокрутились в голове, только я представляла на месте Адриана – Кристиана.
– Я вас понимаю, – прошептала я. – Приношу извинения за упрек. Я благодарна вам за вашего сына…
Эти слова стоили мне дорогого.У меня на глаза выступили слезы. Лицо матери Адриана изменилось.
– Пустое! – произнесла она. – Сейчас главное – дождаться вестей из дворца. А они запаздывают.
Послышались шаги Марии. Она высыпала золото в кресло, а потом придвинула его к нам.
Я недоверчиво взглянула на мать Адриана, а потом положила Кристиана на кучу.
– Зарой его, – произнесла мать Адриана. – Всему учить надо!
Я присыпала монетами малыша, а тот посмотрел на меня и вздохнул. Он толкал носом золотую кучку, трогал лапами украшение, свесившее с бархата кресла. Я видела, что он начинает укладываться и рыть…
– Сейчас он выроет себе норку в золоте и уснет, – произнесла мать Адриана. А меня снова обдало сиренью.
Я с удивлением смотрела на то, как Кристиан зевает и подгребает под себя золото.