— Кэти, ты прекрасна всегда, но сегодня, ты словно ангел, — сиплым голосом произнёс муж, стоило мне только оказаться на последней ступеньке.
— Хм… — растерялась, смутившись от столь явного восторга.
— Мисс Кэтрин, позвольте мне быть вашим спутником в этот волшебный день, — проговорил мужчина, чуть склонив голову, он взял меня за руку и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, отчего неистовые мурашки медленно, словно издеваясь, поползли по моей руке, следом по спине, груди, концентрируясь где-то внизу живота.
— Позволяю, — с трудом выговорила, стараясь держать спину прямо, поплыла к выходу, но уже через минуту, прыснула, не выдержав такой важной торжественности.
— Ты чудесна, — прошептал над ухом муж, — но сегодня, словно другая… неприступная.
— Не для тебя, — тихо ответила, украдкой взглянув на Этьена, заметила, как засияли его глаза после моих слов.
Дворец был невероятно красив. Из белого камня, с высокими башнями, огромными окнами и весь светился огнями. И это всё, что я запомнила.
— Не волнуйся, я рядом, — прошептал муж, успокаивающе погладив мою ладонь.
— Спасибо, — пробормотала, собираясь с духом.
— Герцог Этьен Наварр и герцогиня Кэтрин Наварр, — объявили нас и тут же огромные двери распахнулись, а сотни глаз изучающе уставились на меня.
— Ты справишься, — ободряюще шепнул муж, чуть сжав мою ладонь."
"Идти под пристальным взором нескольких десятков дам, разодетых словно попугаи, любопытных мужских глаз, было неприятно, словно ты букашка под микроскопом, которую пришпилили булавкой.
— Там мои друзья, думаю, они тебе понравятся, — прошептал муж, ведя меня через весь зал, лавируя между прогуливающимися гостями, словно ледокол, — та маленькая брюнетка в жёлтом платье — Тори, она…
— Кэтрин! — неожиданно громко воскликнул удивлённый мужской голос, показавшийся мне смутно знакомым.
— Отец, — нерешительно пробормотала, пытаясь прийти в себя, мысленно повторяя: «Это не мой страх! Я не боюсь»!
Глава 44
— Как ты посмела, заявиться сюда? Откуда узнала, что я буду здесь? Бастиан говорил, ты в Асмее нашла нового несчастного, а что твой конюх умер уже? — процедил сквозь зубы «папочка» Кэтрин, ошеломив своей неприкрытой ненавистью и презрением.