– Между прочим, меня еще никто и никогда не обвинял в скупости, поэтому не думайте, что я затеяла этот разговор, чтобы напомнить вам о деньгах. Меня это нисколько не волнует!"
"В воздухе отчетливо запахло грозой. Мэри сказала:
– Возможно, мистер Уайт, вас удивил вопрос миссис Картер, но дело в том, что мой покойный кузен дал нам понять, что вы и впрямь затеваете с ним какую-то сделку.
– Ну и что из этого? – воинственно спросил Уайт. – Мало ли с кем он заключал сделки?
– И нечего обижаться! – с нескрываемым возмущением произнесла Эрминтруда.
– Послушайте, миссис Картер, вы никогда не скрывали своего отношения ко мне. Я вас ничуть не виню – мы живем в свободной стране, и все вольны любить и не любить кого угодно. Однако если вы всерьез рассчитываете обвинить меня в каких-то аферах или – тем более – притянуть меня к убийству бедного Уолли, то у вас ничего не выйдет.
Эрминтруда даже бровью не повела, а вот Мэри вскочила и проводила разгневанного Уайта до парадных дверей. Когда она вернулась в гостиную, Вики сказала:
– Фи, какой-то он скользкий. Тебе так не показалось, Мэри?
– Нет, – покачала головой Мэри. – А за что вы так на него напустились, тетушка Эрми?
– Я абсолютно уверена, что у него рыльце в пушку, – мрачно произнесла Эрминтруда.
– Пятьсот фунтов, – задумчиво произнесла Вики. – Да, Мэри, расскажи об этом инспектору!
– Даже не подумаю! – воскликнула Мэри. – Я уже жалею, что вообще затеяла этот разговор. К тому же Хью уверен, что инспектор мне не поверит.
– Ничего, пусть поломает голову, – злорадно произнесла Вики.
– Господи, нам только Скотленд-Ярда здесь не хватало! – всплеснула руками Эрминтруда. – Да и зачем, подумайте сами! Уолли они к жизни не вернут, а вот я еще одного дознания точно не переживу. Не говоря уж о том, что, начав ворошить грязное белье, они тут такого накопают, что всем чертям тошно станет!
Увы, в полиции думали иначе.