Третья же башня оказалась темным, почти вросшим в землю существом с раздувшимся громадным телом и провалами глаз, из которых сочилось что-то белое… Это был даже не языческий бог, а нечто иное, бесконечно древнее, грозное и позабытое.
И лишь четвертая башня так и осталась башней, хотя и сильно потеряла в размерах. Именно на ее крыше Таня и обнаружила решетку, рисунком напоминавшую паутину. На решетке, хотя это было заметно только сквозь стеклышко, можно было разглядеть разбившуюся жар-птицу с широко раскинутыми радужными крыльями.
– Ягун, давай! – скомандовала Таня и, прошептав Чебурыхнус парашютис, спрыгнула с контрабаса. Чтобы иметь время осмотреться по сторонам, они летели на самом медленном заклинании Пилотус камикадзис.
Играющий комментатор пошатал решетку. Она держалась прочно. Просто руками ее было никак не сорвать, разве что на крыше оказалась бы сладкая парочка – Гуня Гломов с Гробыней, а за решеткой – три ящика пива.
Однако Ягун не растерялся.
– Уважаемые дамы и господа! Перед вами единственный в своем и чужом роде фокусник Ягуни, король замков, властелин цепей, герцог решеток и магистр запоров! Ему и не с такими преградами приходилось иметь дело! Минуту вашего драгоценного внимания!.. Ферроковалис!..
Выпустив искру, Ягун потряс решетку. Она, хотя и поменяла цвет, продолжала держаться.
– Терпение, дамы и господа! Как видите, я не мелочен! Вместо бумажной решетка стала платиновой! А теперь вторая часть фокуса! Канцлевариус трансформацио! А вот теперь то, что надо! – самодовольно сказал Ягун, надрывая бумажную решетку.
Протиснувшись внутрь, они оказались на широкой площадке с бойницами. Здесь же начиналась узкая грязная лестница.
– Ничего не поднимай, даже если что-то уронишь! Не оглядывайся! Ничему не удивляйся! Если встретишь де ментов – не применяй искр. Будет только хуже, – предупредила Таня.
– Откуда такие точные сведения? Того не делай, сего не делай! А дышать-то ртом можно или только ушами? – с иронией поинтересовался Ягун.
Он перевел взгляд на люк и схватил Таню за руку.
– Решетка! – воскликнул он."
"Голубоватый квадрат, через который они попали в Дубодам, теперь затягивался, точно рана. Минута – и там, где он был, плотно сомкнулись камни. Таня вспомнила предупреждение Чумы, что нельзя покинуть Дубодам тем же путем.