— Месяц назад, а конкретно двенадцатого апреля, в наш город приехал некто Якова Семенович Коваленко — бывший компаньон моего старинного приятеля Михаила Петровича Кутепова, — обстоятельно приступил к изложению событий Назар Савельевич. — За неделю до этого он откинулся с зоны. — «Откинулся» и «зона» царапали слух, но прекрасно попадали в такт с третьим ключевым словом «убийство». — Он сидел по экономической статье и к Кутепову приехал, когда тот предложил ему помощь. Дружескую и материальную. За несколько минут до того, как Михаил вошел в номер гостиницы, где была назначена встреча, Коваленко убили.
— Пистолет так и не нашли? — быстро вставила я.
— Нет. Когда следствие стало интересоваться личным оружием Кутепова, Миша сам предложил им изъять пули и гильзы с полигона.
— Как он потерял свой пистолет?
— Он пропал из его дома. Михаил обратился в частное сыскное агентство, и когда детективами и милицией было однозначно установлено — никто из посторонних не имел доступа к оружию, — он испугался. Разорвал контракт с сыскарями и вызвал из Москвы хорошего адвоката по уголовным делам.
— Твоего Кутепова обвиняют в убийстве?
— Нет. По многим объективным причинам его не могут обвинить.
«Убийцу надо найти». Это мы уже проходили год назад в апреле. Но тогда у меня не было выбора, я не могла отказаться. Добровольно встав в центр мишени, я едва не схлопотала пулю, предназначенную Назару Савельевичу. Чуть не поседев от ужаса, выловила на себя, как на живца сумасшедшего киллера-профессионала Самоеда, и в награду за спасение олигарха, получила приз — восемьсот тысяч евро, — поскольку именно в эту сумму Назар Савельевич оценил свою жизнь.
И вот, уже богатая и независимая, я тринадцать месяцев ждала повторного призыва — ты мне нужна.
Надеялась, черт знает на что, — Туполев меня даже с матушкой Ириной Яковлевной близко познакомил и, как мне показалось, делал некоторые авансы, — и в результате получила:
— Убийцу надо найти, Софья.
— Назар, такие предложения ни ко мне.