В основном это были охранники Веласко, но угадывались и несколько незнакомцев, в центре которых была женщина в длинном строгом платье и шляпке с вуалью.
Но, подойдя ближе, эту вуаль она откинула и очень любезно улыбнулась. Заученной улыбкой опытного политика.
Хотя её лицо скорее подошло бы какой-нибудь знаменитой актрисе. Она была красива дерзкой и хищной южной красотой, чем немного напоминала Изабеллу, но в то же время, как будто бы пыталась смягчить это впечатление косметикой и нежным выражением лица.
"— Беатрис Кастильо к вашим услугам, — негромко заговорила она, но её голос лился так, будто она не говорила, а напевала.
Очевидно, с Веласко она была знакома, так что представились только мы с Ольгой. И она снова заговорила. Только теперь явно нацелившись на меня.
— Господин Рихтер, я хочу принести извинения, — она сделала изящный реверанс, — если бы я знала о… вашем интересе в этой войне, то никогда не дала бы никаких обещаний клану Гарсия.
Но в отличие от неё, Изабелла не пыталась играть в дипломатию. Она поморщилась и ехидно спросила:
— Предпочитаете сдаваться ещё до боя?
Однако Беатрис и глазом не моргнула. Вместо этого она вновь посмотрела на меня томным взглядом и сказала:
— В том, чтобы сдаться сильному противнику, нет ничего унизительного.
В этот момент я понял, что её платье не такое уж строгое, каким показалось мне на первый взгляд. Стоило ей немного податься вперёд, как её весьма пышные достоинства заколыхались чуть ли не у меня под носом.
Она так очевидно пыталась меня соблазнить, что я едва не рассмеялся.
— Чего вы хотите, Беатрис? — прямо спросил я у неё.
Она выпрямилась и поправила выбившийся из причёски чёрный локон.
— Я всегда считала, что ничего в этом мире не случается просто так.
Судя по взгляду, Изабелла уже готова была вцепиться ей в волосы и выцарапать глаза, но пока ещё сдерживала себя исключительно волевым усилием.
К ней готова была присоединиться и моя внучка.