И они поспешили в хранилище, по пути обсуждая, как именно им лучше выстроить оборону, а заодно ругая несчастную и не повинную Беатрису на чём свет стоит.
— Я тоже уверена, что это стерва Кастильо, — без обиняков заявила Ольга, — больше некому.
Белла вздохнула.
— Но, к сожалению, дед прав. Нельзя просто ей это высказать. Без доказательств мы будем выглядеть как две истерички.
— Ну… — протянула Ольга, — можно ни в чём её прямо не обвинять, но потребовать обыскать выделенные им покои. В целях безопасности.
— А это мысль, — задумалась Белла, — конечно, это всё ещё будет бестактно, но когда мы найдём в её комнате пропавшие артефакты, объясняться придётся уже не нам.
— Ладно, — смягчилась Ольга, — давай ради Макса и твоего дедушки не будем спешить, и попытаемся поймать воришку на горячем ещё разок. Но если упустим, то точно устроим обыск!
Изабелла кивнула, и девушки как раз добрались до одной из сокровищниц, где угрюмо и сосредоточенно заняли охранные позиции."
"На секунду мне даже захотелось рассказать им, что происходит на самом деле.
Пока в крепости творилась вся эта суета с попытками поймать воров, меня никто не беспокоил, и я мог спокойно заниматься своими делами, не нарушая чистоту эксперимента.
Ведь сейчас я мог наблюдать за тем, как хорошо элементаль умеет запутывать тех, кто не подозревает о её существовании.
С каждым украденным артефактом, выдрочка становилась всё изобретательней, а её заклинания разнообразней.
Что интересно, нашей воришке не было чуждо и чувство юмора. Причём, довольно зловредное.
Эта шкода почти полчаса перекладывала с места на места артефакты за спиной одного из кладовщиков. Похоже, её просто забавляло, как он постоянно сбивается со счёта, совершенно не понимая, что происходит.
В другой раз она отвлекла иллюзией играющих в карты стражников. Четыре воина подорвались как ужаленные, заметив «убегающего воришку» в другой части коридора.
Но выдрочка, вместо того, чтобы просто забрать за их спиной приглянувшийся ей артефакт, ещё и заколдовала их карты.
Вернувшись, стражники ещё долго удивлённо обсуждали, почему их колода вдруг стала мокрой, да ещё и состоит теперь из одних тузов.