От доступного всем, до того самого вина, которое раньше поставляли исключительно на стол Армана. И Изабелла уже всерьёз подумывала распить одну или две коллекционные бутылочки вместе с Ольгой и Беатрисой.
Наследница Веласко привыкла решать вопросы быстро и решительно, а этот неуловимый воришка действовал ей на нервы.
К тому же они не могли пока понять не только кто он, но и какой у него мотив. Эта зацикленность на магических артефактах удивляла, притом, что здесь и без них было что воровать.
Конечно, это в то же время делало их задачу легче, но всё-таки.
Вот девушки и бегали от одного сигнала тревоги к другому, но успевали лишь увидеть убегающий силуэт поганца. А то и вообще ничего.
Ещё и эта Беатриса… ни разу не смогла вовремя использовать свою магию. Сначала Белла даже подумала, что она подыгрывает вору и пытается сделать из них с Ольгой идиоток. Но потом поняла, что глава клана Кастильо просто плохой воин.
И не удивительно. Веласко никогда не слышала, чтобы клан Беатрисы участвовал в каких-то крупных столкновениях.
Кастильо предпочитала решать все вопросы кхм… дипломатическим путём. Однако слухи об этой её дипломатии ходили разные. И далеко не все из них можно было озвучить в приличном обществе.
В общем, в конце концов, Белла практически избавилась от подозрений, убедившись, что, как воин Беатриса — просто ноль.
"Однако это не значило, что они собирались прекращать преследование. Чем чаще воришка обводил их вокруг пальца, тем сильнее росла ярость девушек.
Поймать его — теперь стало для них делом чести. А потому никто даже не заикался о том, чтобы сдаться.
Вместо этого, Белла и Ольга теперь «учили плохому» Беатрису:
— Не думай, не сомневайся, не просчитывай последствия. Просто делай. Швыряй своё заклинание в любую подозрительную фигуру. Оно ведь даже не летальное.
— Я так не привыкла… — робко возражала леди Кастильо.
— Но только так у нас есть шанс! Нет времени думать.
И, в конце концов, эти наставления дали свои плоды.
Когда в очередной раз, они погнались за вором, Беатриса действительно использовала своё заклинание, перегородив убегающей фигуре дорогу.
Но вместо того, чтобы остановиться, фигура просто превратилась в поток воды и просочилась сквозь силовой барьер Кастильо.