Когда он успел сменить их эту такую хлипкую обувь?
Еще и отправился в них на поиски Лукаса.
— Я испортил свои туфли, — рассеянно сказал он, поднимая ногу и осматривая мокрую кожу. — Забавно, я даже не заметил холода.
На этой ноте он наклонился и снял лофер. Потом носок. То, что он увидел, его не порадовало. Пальцы ног были белого цвета, такого, который он не захочет видеть больше никогда… один в один с цветом застывшего лица Лукаса — матового, как мрамор.
Избегая видения, Блэй уставился на ногу. Будет чертовски больно, когда она отогреется, но он с нетерпением ждал физическую боль.
— Давай, я помогу.
Лэсситер протянул руку и положил ладонь под ступню Блэя. В отличие от устрашающей энергии, что вырывалась от проклятия Вишеса, от него исходило теплое сияние, которое окутывало и оживляло: в течение следующей минуты или около того Блэй наблюдал, как цвет возвращается к его плоти, а кожа обретает теплый, здоровый оттенок.
— Дай мне вторую.
Блэй сбросил вторую туфлю, стянул носок и протянул ее влево.
— Совсем не больно. Это чудо.
— Так и задумано.
Пока магия воздействовала на вторую ногу, Блэй вдруг понял, что ангел не был одет в один из его фирменных сумасшедших нарядов. Он был во всем черном, его обычно распущенные белокурые и черные волосы были заплетены в косу и не мешали. Для мужчины, который предпочитал ходить в легинсах из спандекса а-ля Дэвид Ли Рот, сдержанность была шокирующей.
Ничто больше не будет нормальным. В этом Блэй был совершенно уверен.
— Можно вопрос? — выпалил он.
— Спрашивай что угодно.
Прошло некоторое время, прежде чем Блэй смог сформулировать вопрос.
— Чем я могу ему помочь?
Ладно, наверное, несправедливо спрашивать об этом у ангела, учитывая столь жестокое избиение. Но были ли у кого-то сегодня разумные мысли?
— Ты знаешь ответ, — произнёс Лэсситер.
— Нет, вовсе нет.
Ангел наклонился и поднял туфли. Влажность пропала, как только он прикоснулся к ним, отступая от кончиков и переместившись к пяткам.
— Да, — сказал Лэсситер, — Ты знаешь, что делать.
После того, как туфли перешли из рук в руки, ангел ушел, и он казался невероятно одиноким, несмотря на свою силу и влияние. Или возможно… благодаря им.
Блэй же, напротив, остался на месте, глядя на то, что было у него на ногах. Над головой включилось отопление, теплый сухой воздух гладил его по волосам.