Он спросил о какой-то сделке, которую вы заключили, но я сказала, что ничего не знаю.
Он наклонился, заглядывая в мое лицо.
— Что еще?
— Что большинство твоих людей живут здесь, в одном доме.
— Как ты смеешь подвергать опасности мою семью? — Его голос опасно низкий, в нем столько отвращения, что я вздрагиваю. Это гораздо хуже, чем кричать. — Собирай свои вещи и убирайся из моей комнаты.
Я смотрю вслед удаляющемуся Драго, когда он пересекает спальню и захлопывает за собой дверь. Мое тело вздрагивает от этого звука.
"Собрав на пододеяльнике большую часть одежды, я стягиваю углы и тащу свою ношу к комнате в конце коридора. Повторяю эту процедуру еще дважды, пока не вынесу все из комнаты мужа.
Не могу поверить тому насколько моя жена абсолютно спокойна.
А я, наоборот, весь день корил себя за то, что накричал на нее и выпроводил из нашей спальни. Не то чтобы я не подозревал, что она снабжает информацией своего дона. Конфиденциальные деловые вопросы редко обсуждаются в доме, так что она могла узнать и передать только несущественные вещи, большинство из которых Аджелло мог легко получить другими способами.
Не говоря ни слова, я встаю из-за стола, собираясь выйти на улицу, как вдруг мой взгляд падает на аквариум в углу. Три из четырех оранжевых рыбок плавают в аквариуме, а оставшаяся, кажется, плавает на поверхности. Я преодолеваю расстояние и заглядываю в аквариум. Рыба мертва и плавает вверх ногами.
Сиенна уже однажды потеряла питомца и, наверное, расстроится, когда увидит это. Это же чертовы рыбы! Они постоянно умирают.