Ежели, конечно, у них не имеется при себе специального пропуска.
Сержант обращался к Юзефу, а глаза его не отрывались от лица хорунжего. У самой груди аковца замерли и штыки казачьих карабинов. От Юзефа не ускользнуло, как хорунжий весь напрягся, его руки в карманах куртки чуть шевельнулись.
— Пропуск! — протянул разведчик ладонь к хорунжему.
Над дорогой повисла гнетущая тишина. И в ней отчетливо прозвучало легкое покашливание, раздавшееся одновременно справа и слева у придорожных кустов. Едва не упираясь стволами автоматов в спины аковцев, у обочин дороги виднелись еще две пары казаков в маскхалатах.
— Пропуск! — нетерпеливо повторил сержант, и его глаза недобро сузились.
Лицо хорунжего пошло пятнами, кадык судорожно дернулся. И тогда Юзеф шагнул вперед, с улыбкой положил ладонь на плечо разведчика. Тихо, спокойно сказал:
— Отставить, сержант. Это мои люди. Идем на задание.
По губам разведчика пробежала непонятная Юзефу гримаса, он убрал руку от аковца.
— Тогда другое дело. Виноват, гражданин поручник.
Он сделал шаг в сторону, освобождая дорогу. Его примеру последовали казаки с карабинами. Не оглядываясь на хорунжего, Юзеф снова заложил руки за спину и прежним размеренным шагом продолжил путь. За первым же поворотом дороги он протянул ладонь к догнавшему его хорунжему.
— Пистолет. Или все еще опасаетесь недоразумений?
Какое-то мгновение аковец раздумывал, затем молча протянул Юзефу его ТТ…
Встреча состоялась в лесу в получасе ходьбы от городка. У крохотного костерка на поваленном дереве сидело несколько человек, которые при появлении Юзефа поднялись и направились к нему.
— Поручник Войска Польского Возняк.
Высокий представительный мужчина с надменным лицом разгладил пушистые усы и небрежно козырнул Юзефу.
— Майор Армии Крайовой Хлобуч. Командир бригады «Еще Польска не сгинела».
Он перевел взгляд на виднеющихся за Юзефом хорунжего с его людьми, махнул им рукой, и те исчезли среди обступивших поляну с костерком деревьев. После этого майор снова обратился к Юзефу.
— Рад видеть вас, поручник.