Казалось бы, какое дело Сухову до чужой жены и ее случайной встречи с Дубовым? Ан нет…
— Ваш рассказ вызвал у меня желание тоже познакомиться с госпожой Ковалевой. Не посоветуете, как сто можно сделать побыстрее и без лишних хлопот?
— Постараюсь. Разговор о Марье Карловне произошел в среду на прошлой неделе, а встретил ее Дубов у комендатуры сутками раньше. Она утром выходила из се ворот вместе с несколькими женщинами. Еще одна существенная деталь: у госпожи Ковалевой своеобразный голос, по которому ее и узнал генерал.
— Благодарю за информацию. В комендатуре ведется учет всех посетителей, так что приметы госпожи Ковалевой позволят нам отыскать ее.
— В связи с этим позволю одно замечание. Насколько мне известно, свою деятельность вы строите в тесном контакте с польской военной контрразведкой и службой безопасности.
— Приму ваш совет к сведению, — пообещал Шевчук.
— Теперь можно приступить к разговору о швабах, — сказал посетитель, беря из веера фотографий одну и поднося ее ближе к глазам. — Начнем с герра Курта Хейнемейера. Штандартенфюрер СС, кавалер Рыцарского креста, последнее место службы перед назначением в «Вервольф» — краковское гестапо…
«Он дважды назвал немцев швабами, — отметил Шевчук, — значит, это слово в его лексиконе не случайно. В нашей армии немцев чаще всего именуют фрицами или гансами, а швабы — я впервые услышал совсем недавно, в этом городке, от кубанских пластунов.