«Всем за мной!» — едва не сорвался с губ Борового крик, зовущий на верную смерть, но тут стрелок-радист потянул его снизу за сапог:
— Командир! Первый зовет!
Трясущимися руками Боровой нащупал гнездо, воткнул вырвавшийся штепсель в розетку, отозвался.
— Отходи! — услышал он голос Самвеляна.
— Не понял!
— Сажай людей на броню и на всех скоростях назад!
Боровой переключился на экипажи:
— Передаю приказ: всем назад! Пехоту на себя! Роте Иконникова взять на буксир подбитые танки!
Через секунду наклонился к механику-водителю:
— Леха! Попридержи чуток, еще пошухарю!"
"Вместе с заряжающим он вступил в артиллерийскую дуэль, пока не расстрелял весь боезапас.
Стало светать. Около своего командного пункта Боровой увидел «восьмерку» Самвеляна. Командир бригады сидел на башне и… улыбался. Комбат спрыгнул с бортика, закинул шлем за спину, вытер мокрое лицо и подошел к машине Самвеляна.
— Молодцом, Федя! Задачу, считай, выполнил.
— Кажется, пару танков, — зачумленно озираясь, ответил Боровой. — Прости меня, Ашот, но я ничего не понимаю… Прошу в землянку.
— Туда нельзя, — остановил Самвелян, загадочно улыбаясь.
— Это же мой КП! — возмутился Боровой.
— Нэ спэши, дорогой, — нарочно с акцентом проговорил Самвелян.
Боровой увидел разведчиков у бронетранспортеров и, кажется, начал понимать, что не его танки были главными в ночном бою. Главными, из-за кого и разгорелся сыр-бор, оказались трое людей, вышедшие из землянки вслед за капитаном из разведуправления.
— Узнал? — хитро сощурился Самвелян.
— Павел?! — Боровой несмело шагнул вперед.
— Федя! — Клевцов тоже сделал шаг навстречу.
— Друг ты мой кровный! — не сдержавшись, Боровой кинулся к Павлу и обнял его. — Видишь, батальон уже дали. А это кто с тобой?
— Мой товарищ Йошка Слухай и Нина — жена моя…
— И вы всем семейством были там? — Боровой дернул за отворот немецкого мундира.
— Пришлось.
— Готовь стол, комбат! — приказал Самвелян.
— Мигом! — Боровой по-мальчишески свистнул, вызывая ординарца.