Тёмные московские ночи

Получилось очень похоже на торопливые шаги не слишком осторожного человека. Бандиты разом обернулись на звук, чуть помедлили, потом всё же осторожно продвинулись метров на десять в заросли. Они проявили сообразительность, немного разошлись в стороны, но разумеется, никого не нашли, затем один из них заметил мёртвого корешка, спрятанного в полыни. Старцев уже был готов к такому повороту событий и держал наготове пистолет, он думал, что оба побегут к тропинке, а по ней обратно к Стрелецкой, тогда ему придётся стрелять по ногам, сам он без малейшего сожаления размозжил бы обоим головы.

Однако комиссар Урусов возражал против подобного подхода, не уставал твердить, что зачинщики, организаторы и главари бандитских сообществ должны предстать перед справедливым народным судом.

Уголовники не побежали, у грузного мужика, заметившего труп, удивительно быстро сдали нервы, наверное интуиция подсказывала ему близкий конец. Он выхватил пистолет и принялся стрелять в разные стороны, одна из пуль сбила кору со ствола дерева прямо над головой Ивана.

Неподалеку находились жилые дома, больницы, дороги, эта стрельба могла плохо закончиться для ничего не подозревавших горожан. Старцев поднял ТТ и выстрелил мужику в темечко, тот рухнул как подкошенный. Хирург понял, что угодил в засаду и моментально упал на четвереньки. Держа на прицеле то место, где только что стояли бандиты Иван покинул укрытие и осторожно двинулся вперёд, два шага, четыре, шесть, восемь, труп молодого блатаря всё так же лежал в зарослях полыни, неподалёку валялась бесформенное тело сорокалетнего мужика с восхитительной уголовной рожей, горизонтальным шрамом на щеке и пулевым отверстием в затылке.

- Где же ты, Хирург? - Иван растерянно оглядывался по сторонам. – Откликнись, сучий сын, покажись."

"Хирург пропал, будто никогда его в этом буреломе и не было. Старцев тоже повоевал в разведке изрядно, поменьше чем Васильков с Курочкиным, однако провести его в лесу было крайне сложно.

Однако в данной ситуации он под растерялся, видимость в густых зарослях не превышала десятка метров. Как и в былые времена Курочкин двигался впереди и порой заходил в такие дебри, что терялся из виду, исчезал. В такие моменты Василькову начинало мерещится будто они находятся не в пределах Москвы, а в непролазных лесах южнее Брянска.

Александр осторожно переступил через сломанную сухую ветку, поднял взгляд и вдруг понял, что снова потерял след сержанта.