Я не Монте-Кристо

— Ты умеешь завязывать галстук, Мия?

Пока завязывала, даже дыхание задержала, аромат его туалетной воды вышибал воздух из легких и кружил голову, но Саломия стойко выдержала испытание и даже умудрилась улыбнуться.

— Будь готова к семи часам, я жду тебя в «Артисте», — сказал Никита, уже стоя в дверях, а она внутренне в который раз падала в обморок от того, какой у нее обалденно красивый муж. И они теперь вместе живут в его квартире, и сегодня они будут спать вместе, а она утром думала, что несчастнее нее на свете никого нет…

— Это деловой ужин?  — уточнила Саломия, сглотнув.

 — Как мне одеться?

Никита выдержал паузу и, как ей показалось, тоже сглотнул. Она была уверена, он сейчас скажет, что лучше всего никак не одеваться, лучше без всякой одежды, но нет.

— Так, чтобы мне понравилось,  — и все же, голос звучал со странной хрипотцой.

Ближе к шести Саломия начала собираться. Она разобрала чемоданы, развесила и разложила вещи, перецеловав все рубашки Никиты, а теперь раздумывала, что надеть в ресторан.

«Артист» слишком пафосный для деловых встреч, наверное, муж хочет посидеть с друзьями, а она должна стать украшением этого вечера. Что ж, Саломия готова украшать его жизнь сутки напролет, она достала платье, которое Никита еще не видел, его Саломия «заработала» во время показов.

С открытой спиной, с завязывающимися на шее шлейками, оно словно продолжало «островную» тему и на загорелом теле смотрелось просто великолепно. Если честно, в нем Саломия казалась больше раздетой, чем одетой, но при этом платье выглядело достаточно целомудренным.

Гений дизайнера, по-другому не скажешь. И когда она успела загореть, если они с Никитой довольно редко покидали бунгало  — постель, если уж совсем быть точными? Ее счастье, что загар к ней буквально лип, вполне хватило тех четырех дней, которые она провела под солнцем."

"Заехала в салон, но попросила волосы не укладывать, а просто высушить и вытянуть. С макияжем тоже не стала заморачиваться, пару взмахов кистью, как говорится, и вот она уже подъехала к «Артисту».

Почему-то забилось сердце, будто что-то предчувствуя, ее встретили и провели на открытый балкон со столиками, где уже ждал Никита. Он был один, видимо, друзья опаздывали, да и вообще никого на балконе не было кроме них.

Никита замер истуканом, глядя на нее, и только когда Саломия подошла ближе, отмер и выдохнул:

— Нарисованная…

А потом усадил за столик и они начали выбирать блюда.