— Так он не видел Данила? Почему вы не общаетесь?
— Послушайте, госпо… Никита, давайте договоримся, что мы не будем обсуждать моего мужа, это не ваше дело!
— А то, что твой сын на меня похож, тоже не мое дело? На моих детских фотках я и он как две капли воды, мы что, так похожи с твоим бывшим мужем?
Он сверлил ее глазами, а Саломия мысленно благодарила небо за то, что она в маске, иначе просто не сумела бы с собой совладать, а так вцепилась изо всех сил в несчастную индюшачью ногу и как-то умудрилась перевести дух.
— Просто одно лицо, — кивнула, отворачиваясь, но Елагин не отставал.
— Ты поэтому меня преследуешь? Не отпирайся, я же вижу, что ты поставила себе целью завалить мой бизнес, у меня не самые прибыльные контракты, но ты вцепилась в них, как клещ.
— Вы...
— И хватит мне выкать!
И в этом был весь Елагин. У нее на кухне, в ее доме, на ее территории он уже установил свои правила, диктовал свои условия, а у нее не было ни капли выдержки, чтобы не подчиниться.
— Ты недооцениваешь себя, Елагин, — сделала над собой усилие Саломия, — у тебя нюх на деньги, твои контракты приносят вдвое больше денег, чем ты планируешь изначально. Когда я заберу твою компанию, найму тебя исполнительным директором. Не волнуйся, я высоко ценю кадры, я тебя не обижу…
Никита развернулся к Саломии и обперся об стол.
— Забирай. В обмен на ребенка.
— Что? — ей показалось, она ослышалась.
— Что слышала. Роди мне ребенка, Сальма. Такого как Данил. И позволь быть рядом с Данькой тоже, — добавил уже тише.
— Ты предлагаешь… — она не могла произнести это вслух.
— Нет, — покачал головой Никита, — я не предлагаю тебе выйти за меня замуж, хотя в нашем случае это был бы единственно правильный выход.
— Ты!.. Да ты слышишь себя, Елагин! Твоя наглость… — Саломия, как рыба, хватала ртом воздух, но Никита ее перебил:
— Не одной же тебе моих баб считать, Алина, я тоже кое-что о тебе узнал.