Ножи стучали по разделочным доскам, рыба с мясом трещали на сковородах, где-то справа шумела вода.
- Лина Хельда, - заметила меня Марфа.
- Как вы тут?
- По-боевому. И не с таким бедламом справлялись. Вален, неси лук!
Домовой в белом фартуке сгрёб горку лука с доски и шагнул к котлу. Я заметила, что тех, кто готовил, Марфа нарядила в красные фартуки и косынки, а тех, кто помогал – в белые.
Бесо сосредоточенно чистил картошку. Его хмурый взгляд на фоне всеобщего рабочего подъема мне не нравился. Я обогнула пару столов и присмотрелась к сиротам.
- Бесо, - позвала я, - на пару слов.
Ушли мы недалеко. В подсобку завернули, и мой помощник задвинул занавеску, отгородив нас от кухни.
- Ты нашёл тех, кто воровал в деревне?
- Нет, - тяжело выдохнул он. – Курт и Манс сбегали по ночам из комнаты, но я не могу добиться правды, где они были. Молчат упорно. Остальные клянутся, что не причём. Я разберусь. Этого дерьма в нашем приюте не будет.
Бесо смотрел то под ноги, то мимо меня. Неприятно подозревать своих, я понимала, но ещё хуже – строить догадки, куда могли исчезать Курт с Мансом после того, как все ложились спать.
- Я говорила с гостями, - начала издалека, - им посоветовали идти той дорогой, где стоит «Медвежий угол», потому что большой тракт перекрыли. Караваны грабят."
"Злой огонёк вспыхнул в глазах старшего из приютских мальчишек. Он сжал губы в жёсткую линию и спросил:
- Это подстава? В грабежах обвинят нас?
Такая мысль приходила мне в голову.
- Узнай, куда ходили Курт и Манс, - поручила я Бесо. – Но учти, на соседнюю дорогу ни ногой. Я найду, кого отправить на разведку. Не подставляйтесь ещё больше.
- Хорошо, - кивнул помощник.
Я оставила его на кухне и пошла к лестнице на второй этаж. Если кормить гостей мы могли, усаживая их за столы по очереди, то с кроватями в спальнях такой фокус не удастся. Знала бы раньше, заказала нашим столярам двухярусные кровати и в трактир тоже. Но с другой стороны, уставшие в дороге путники предпочитали уединение. Они настойчиво просили комнаты, где кроме них больше никто не храпел. «Дороже? Прекрасно.