— У меня на участке целый лес растёт. Если есть желание приезжайте и рубите. И вообще знаете что? Я напишу прошение королю, чтобы приюту разрешили переехать в Белые Сороки.
— Зачем? Нам не выделят денег на новое здание. А купить его я пока не могу. Нам бы это подлатать.
— Бесо, собери народ в каком-нибудь помещении. Есть идея, но мне нужно, чтобы все были согласны.
Мальчишка посмотрел на меня чёрными глазами, зарылся пятерней в волосы и кивнул, тут же убежав выполнять просьбу. — Я его у тебя заберу после шестнадцати, когда придёт время из приюта уходить.
— Да, ей в конце месяца шестнадцать исполнится. Я хотела её воспитательницей оставить.
— Воспитательницу наймешь потом. Пойдём. Нужно обсудить наши совместные перспективы.
Доминика никогда не была дурой, это я отлично помнила ещё с нашего старого знакомства. Её родители иногда приезжали к нам, когда была жива мачеха. Виктор все говорил, что на Доминике женится, но она всегда хотела стать супругой воина. Говорила, мужчина должен уметь защитить свою семью.
Вот и сейчас, лина Каро смекнула, что, возможно, намечаются перемены к лучшему, и повела меня в большую гостиную, которая здесь была разбита на две части: столовая с длинным обеденным столом и мягкая зона, где стоял один большой диван и постелены ковры, которые девушка притащила из родительского дома. Проплешину на одном из них оставила я, когда случайно уронила свечу.
Мелкие сидели на диване - семь чистеньких ребятишек, а старшие уселись на пол: девочки подложили подушки, а парни по-суровому сидели на мягких тёплых коврах. Трое работников остались стоять за спинкой дивана, а лина-управляющая села рядом с малышами. Я же встала напротив всего этого собрания. Подумала и все-таки села на ковёр, по-восточному сложив ноги, накрытые длинной широкой юбкой, чтобы не смущать воображение юношей."
"— У меня к вам предложение на миллион золотых, — начала я.