Главное, чтобы они телефоны не потеряли, — кивнула красноволосая.
— Вот и потренируетесь, чтобы не потеряли, — прокомментировал я.
— Живые дроны получатся, — улыбнулась Маша. — Я должна на это посмотреть!
— Тогда приглашаю всех во двор. Вам же будет удобно начать оттуда, Михаил Мирославович?
— К сожалению, нет. Ведь всегда есть вероятность, что вы уничтожите улики в доме, пока я осматриваю двор.
— Что ж. Тогда всё равно выходите с нами. Подождёте, пока мы привяжем камеры к летучим мышам, а потом делайте что хотите, — сказал я голосом, не терпящим возражений.
А то знаю, как это работает. Стоит нам только отвернуться, он тут какую-нибудь псевдомагию найдёт, которую сам же и принёс с собой. Но его к сожалению, фиг обыщешь перед обыском. Поэтому только тотальный контроль и летучие мыши. Да и Зубастика следом отправлю с призраками, чтобы сразу маякнули — если вдруг Михаил Мирославович или его помощник найдут способ нас подставить.
Но они не нашли. Хоть мы сами и не ходили за ними, но мужчины-то понимали, что за ними тотальный контроль.
Провожать нежеланных гостей я не стал, только всучил им визитку с номером семейного юриста. Он предупреждён о моей личности, так что легко разберётся, не раскрывая моей личности. Хотя это должно случиться уже скоро. А мне так не хочется расставаться с фамилией Алмазова. Такой вот выбор: лёгкая жизнь или статус и власть.
И чем больше будет становиться орден, тем сложнее будет хранить тайны. Но и к этому я готов.
— Проследи за ним, — шепнул я Макару, когда наши гости отошли на десяток метров в сторону выхода с моей территории.
— Да, капитан! — воскликнул призрак и помчался следом.
Всё же призраки — идеальные шпионы, хоть и нематериальные.
— Фух, наконец-то убрались. А то они так нервировали Булочку, что в ней охотничий инстинкт проснулся, — призналась Маша.
Я посмотрел на лежащего на снегу гепарда. Ну, если в ней и есть инстинкт охотника — то только зачатки. Скорее инстинкт сна и лени."
"— А как ты это узнала? — поинтересовался я.
— Я же чувствую её эмоции. Ещё никогда она столько агрессии не передавала.
— Растёт, — улыбнулся я.
— Ага. Надо будет дрессировщика попросить с этим разобраться. Не уверена, что если будет серьёзная ситуация, что смогу её сдержать.
— Верно мыслишь.