А орденцы так хорошо уничтожали монстров, что я больше не опасался встретить на пути незнамо кого.
— А почему они покрываются пеной? — спросил я у Дмитрия Павловича, когда мы погрузили яйца в концентрат.
— Это нормально, магия скапливается и впитывается, — ответил мне внезапно материализовавшийся Юрий Михайлович.
— И долго они будут меняться? Зубастику, помню, хватило лишь в озеро опуститься, — уточнил я.
— До полного созревания. По моим расчётам, это недели две. Крайне примерно из-за отсутствия статистических данных.
— Будет томительное ожидание, — улыбнулся Дмитрий Павлович.
— Ещё бы, целых две недели до поиска новых яиц, — ответил я.
— Почему же? — деланно удивился Юрий Михайлович. — Мы можем запихнуть в колбы с другими образцами, и на основе первых партий выбрать лучший концентрат. Самый действенный.
— А если не выйдет, что будет с мальками?
— Убьём, — холодно ответил призрак алхимика.
— Но, только в том случае, если изменение разума не сработает и нам не удастся приручить мальков, — добавил Дмитрий Павлович.
— Не согласен. Сдались нам бракованные образцы, — хмыкнул призрак.
— Их можно использовать для дальнейшего изучения!
— Так! — я остановил начавшуюся перепалку. — Ни одного малька без моего ведома не убивать. Ясно? Сперва я на них посмотрю, а потом вместе решим.
— Ясно! — хором ответили живой и мёртвый учёный.
Начались две недели томительного ожидания. Рутина, сплошная рутина, но и она была нужна, чтобы наращивать всё то, что я создал.
Будни проходили по старому графику. Я постепенно оттачивал своё магическое мастерство. А орден в Смоленске вырос до ста десяти живых и аж трёхсот мёртвых. Сам удивляюсь, где орденцы их столько нашли… Но нашли же!
Неля не выходила на связь целую неделю, и я поручил Серёге выяснить её местоположение. На всякий случай. Ох, не нравится мне эта история с её отсутствием. Слишком уж мутная.
Макар окончательно закрылся в себе и расцветал лишь в те дни, что встречался с Настей для её обучения.
Голицын сообщил, что заключил сделку с Годуновым, и теперь они стали нашими союзниками. Он всё выспрашивал, чем я так напугал графа, что он согласился буквально на всё. А я лишь отвечал, что это заслуга магического дрона. И тогда Голицын решил произвести ещё три штуки. Он как раз в своём подземелье оружейный заводик организовал.