— Да, думали, там лет на двести-триста осталось. А потом каюк! — поддержал Василий.
— Мне иногда кажется, что призракам думать крайне вредно, — усмехнулся я.
— Эй! Я, вообще-то, всё слышу! — подал голос Макар.
— Ты исключение. Тебе мы память развиваем. И ты уже потихоньку начинаешь адекватно соображать, — спокойно ответил я призрачному другу.
— А раньше что, тупой был?
— Я этого не говорил. Вот зачем ты к словам придираешься?
— Потому что ты вечно меня унижаешь!
— Я не унижаю. Иначе бы ты у меня совершенно другим занимался.
— Я же и помогаю тебе.
— А с чего ты взял, что я это не ценю? Макар — ты мой первый друг, — я осёкся, потому что чуть не сказал: «в этом мире», но вовремя сообразил. Откашлялся и продолжил вразумлять призрака. — И если бы ты не был мне дорог, то я бы с тобой не возился. Мы бы не выбирали по часу сериал, который тебе понравится. Я бы не стал думать, как улучшить твою память и отправлять подарок твоей бабушке.
Призрак замолк на долгую минуту, переваривая услышанное.
— Прости. Что-то я опять забылся. Слишком много всего сегодня произошло, — раскаялся Макар.
— Ничего, бывает, — улыбнулся я. — Кстати, мне очень нравится, что ты умеешь делать выводы. Иногда крайне важно осознать ошибку, чтобы больше не повторять. И это я не про возникший конфликт, а в целом.
— Да, понял. Интересные мысли.
— Очень, — подметила Маша. — Мне иной раз кажется, что я какого-то философа слушаю, а не парня, младше меня.
"— Покушения заставили всех нас поменяться. Слишком стремительно повзрослеть, — объяснила Света.
— Да и не только. С тех пор как я ушла из родительского дома вместе с Лёшей, вся жизнь изменилась. Кажется, я только сейчас начала жить по-настоящему.
— Как и я, — поддержала Лесси.
— Будем считать Алексея меценатом судеб, — добродушно усмехнулась Маша.
— Но это работает только для красивых девушек! Учитывайте это, когда будете объявления писать, — ответил я тем же тоном.
— Какие объявления?
— Ну как? «В тайный орден требуются красивые незамужние девушки для созерцания прекрасного и изменения их судьбы в лучшую сторону» — так и напишем.
Все рассмеялись. Конечно, орден на то и тайный, что о нём можно говорить только в кругу знающих лиц. Одна Лариса Вениаминовна стала исключением, но мы с ней ещё на берегу договорились хранить тайны друг друга.
Когда выбрались на улицу, был уже поздний вечер. Ну мы и засиделись под землёй! Зато очень продуктивно.