Безумные картины того, что он прямо сейчас там с другой, начинают отступать, перестают отравлять сознание и прыгать перед глазами.
Ну, не стала бы она меня провожать туда, если бы так все и было!
Все равно замираю, когда девушка распахивает передо мной ту самую дверь. Неуверенно топчусь на месте прежде, чем решительно набрать в грудь воздуха и сделать шаг вперед.
Туда. Где все дышит им. Где он живет вдали от меня в последнее время.
— Влад Александрович не давал никаких распоряжений, — доносится мне уже в спину ее голос, а будто из другого мира.
Только резко дергаю головой в отрицательном жесте.
Меня пошатывает, когда вхожу.
Здесь все пропахло. Пропиталось им.
Его запах сразу же будто окутывает шлейфом. Как в шаль заворачиваюсь.
За спиной слышится щелчок двери. Я остаюсь одна. В полумраке.
И пусть Влада здесь и нет, но сердце колотится, как безумное. Каждой клеточкой ощущаю его присутствие, каждой порой кожи. Так, что даже пальцы покалывает.
Как будто Влад, как ураган, обрушивается на меня прямо со входа. Даже незримо. Даже когда его нет.
Медленно, будто в другую реальность попала, подхожу к тому самому окну.
Провожу пальцами по стеклу, чувствуя, как под рукой пульсируют те самые звезды.
Такие же, как и тогда. Только теперь все иначе.
И я даже не знаю, имею ли право в эту ночь быть здесь. Быть может, это в последний раз я их отсюда вижу.
А ведь они поселились у меня внутри.
— Где же ты… — шепчу на стекло, наблюдая за тем, как тает мое дыхание под свечением неба. — Где же ты, черт тебя побери! И… Есть ли ты до сих пор? Или все, что было теперь останется лишь осколком воспоминаний?
Время замирает, как и тогда.
Я снова будто растворяюсь в этом сумасшедшем небе. Которое казалось нашим. На двоих. Только теперь не трепет ожидания в моем пульсе.
Готова ли я смириться, если он скажет мне «прощай»? Готова ли увидеть, как его губы, что шептали мне совсем другое, что так лихорадочно и жарко целовали, горячим вдохом зарывались в мои волосы, скажут мне это жестокое слово?
Я не знаю.
Только внутри все замерзает в лед. С каждой минутой, что растягивается на целую вечность.
Решаю осмотреться. Понять, как он тут живет, чем.
Улыбаюсь, замечая беспорядок на стеллажах, сваленные бумаги, документы.