Налила молоко в миску для нашего прожорливого кота, который вчера сбежал на улицу и ещё не соизволил появиться.
И лишь только когда мелодия будильника на телефоне заиграла во второй раз, пошла в комнату к матери.
– Ма, подъем!
Мой голос прозвучал достаточно громко. К тому же, я старалась создать как можно больше шума, хлопая дверью, громыхая посудой и топая ногами. Но все мои манипуляции не возымели ни малейшего успеха. Когда я застыла в дверном проёме, моя родительница попыталась спрятаться под одеяло.
– Дочь, а сколько время?.
Сонный голос матери вызвал у меня улыбку.
– Половина восьмого. Пора вставать. Ты опоздаешь на работу.
Мама открыла один глаз.
– И нет никакой возможности поваляться в кровати ещё хотя бы десять минут? – почти умоляюще поинтересовалась она.
– Никакой!
– Ну, пожалуйста…
– Александра Михайловна, если ты сейчас же не поднимешь свою задницу с кровати, то опоздаешь на работу! А ты вчера говорила, что у вас сегодня важное совещание, на которое тебе необходимо попасть! Хочешь опоздать?
Мои доводы заставили мать откинуть одеяло.
– Да встаю, встаю уже. А кофе мне хотя бы можно? – жалобно простонала она.
Я усмехнулась.
– Конечно. Кофе и горячие бутерброды на столе.
– Юлька, ты чудо!
– Я знаю.
– И что бы я без тебя делала…
– Мам, хороший вопрос.
Я ей оптимистически подмигнула.
– Ладно, просыпайся, я пошла в ванную. У меня сегодня первая клиентка в девять, так что мне тоже нельзя опаздывать.
– А как дела в университете? – крикнула она мне, когда я была уже в ванной.
– Нормально. Сессию заканчиваю неплохо.
Я включила кран с теплой водой и улыбнулась.
Вот такое странное утро в нашей семье. Но я привыкла.
В других нормальных семьях происходит всё с точностью наоборот. А именно: заботливая мама будит своё чадо и готовит завтрак перед школой или универом, а также следит за тем, чтобы у ребенка имелась чистая одежда, и чтобы он был соответствующе собран. Она провожает его в учебное заведение, в идеале – забирает с занятий.
А у нас…
У нас в семье за главную я. Если это так, конечно, можно назвать. Дело в том, что мама растила меня без отца. Папа сбежал от мамы, когда мне было три года, и я его с тех пор ни разу не видела. Он у нас относился к числу нерадивых папаш. Правда, алименты платил исправно, но ни встретиться со мной, ни даже поговорить по телефону особого желания не испытывал.