— Зайка, тебе нравится фильм? — шепчет Давид и носом проходится по моему уху.
Киваю. И замираю. Потому что его рука подхватывает кромку моей майки и чуть приподнимает ее. И вот уже его горячие пальцы проводят мне по животу.
Я кладу свою руку на его.
— Тшшш, зайка, — шепчет Давид. — Тшшш. Я же ничего не сделаю тебе. Дай мне только чуть-чуть вспомнить тебя. Я так скучал.
Он водит пальцами по моей коже.
Мой взгляд прикован к экрану, но я уже давно потеряла суть происходящего там.
— А ты, зайка? Ты скучала по мне? хоть чуть-чуть?
— Нет, — выдаю я.
Слышу легкую усмешку. Пальцы идут выше. Кончиком одного он проводит по кромке лифчика.
— Хочешь, я докажу тебе, что ты врешь? — говорит Давид.
— Врешь из нас двоих ты, Давид, — отвечаю я. — И я устала от этой лжи. Пусти меня!
Пытаюсь встать, но Давид и не думает отпускать меня.
— Ну, тихо, зайка, тихо. Давай поговорим, — произносит с усмешкой, лишь крепче обхватывая меня руками. — И перестань дергать попой на моем члене, а то не сдержусь.
Мне и правда уже давно в попу упирается его бугор в штанах.
— Я ведь был верен тебе все это время, — шепчет он мне на ухо. — Я же заслужил награду?
Пальцами проникает под резинку шорт."
"— Ты думаешь, я тебе поверю? — убираю его руку.
— А зачем мне врать? Это правда. Не хочу никого, кроме тебя.
Убирает свои руки с моего тела и поворачивает мое лицо к себе.
— Зай, поехали домой? — губами касается моих губ.
— А фильм? — улыбаюсь я.
— Я тебе диск куплю.
Пытается меня поцеловать, но я уворачиваюсь и его губы попадают мне на щеку. Давид усмехается. Поправляет на мне куртку и опять обнимает.
— Зай, ты же жена мне. Помнишь? Есть такое понятие как «супружеский долг». Я хочу получить его.
— Может, со своей новой жены его получишь? — убираю его руки с себя, сбрасываю куртку и отодвигаюсь.
Давид ухмыляется, откидывает с себя куртку и ложится на спину на плед.
— Ну-ка, расскажи мне о моей новой жене.
— Я кино смотрю! — демонстративно отворачиваюсь к экрану.
И тут Давид хватает меня за руку и дергает на себя. Я оказываюсь на нем. Он кладет руки мне на ягодицы и сжимает их. Двигает меня чуть наверх и вот уже мне между ног упирается кое-что твердое. Давид резко толкается бедрами, фиксируя мою попку.
— Не нужен мне никто, кроме тебя, — произносит теперь уже серьезно, глядя прямо в глаза.