Как будто я тут первоклассник перед ним стою.
– Дай срок. Посидит, подумает и совсем другое запоет. Еще не вечер, – успокоил его Лев.
Предсказания его сбылись в точности.
В связи с важностью этого дела Гуров строго-настрого наказал дежурному, чтобы все, даже самые незначительные новости сообщались ему незамедлительно, независимо от времени суток.
Около одиннадцати часов ночи из СИЗО поступила первая весточка.
– Ломает его, – коротко сообщил дежурный. – Ходит, ноет, в дверь стучит. Я, говорит, больной, мне лекарство нужно.
– Хорошо, я понял, – ответил он. – Сейчас буду. Без меня ничего не предпринимать. Никаких лазаретов.
Лев тут же позвонил Стасу и сообщил, что время, подходящее для допроса, наступило и что он ждет его в СИЗО. Прибыв в изолятор приблизительно через час после звонка дежурного, Гуров узнал, что «пациент» лезет на стены и кричит на разные голоса.
– Совсем ему нехорошо, – сочувственно проговорил дежурный.
– Ладно, вызывай медиков, – кивнул Лев. – Объясни ситуацию, скажи, что нужно сделать укол.
"Еще через полчаса, когда, приняв «лекарство», Шепелев начал приходить в себя, его снова привели на допрос.
– Суки вы! Гестаповцы чертовы! – злобно фыркнул он, усаживаясь на стул перед столом, за которым сидел Крячко.
– На ноже, которым был убит оператор Вадим Стрекалин, ваши отпечатки. Что вы можете сказать в связи с этим? – сухо, по-деловому спросил Стас после обычных формальностей, предшествующих началу допроса.
– Да ничего я не буду тебе говорить, мент вонючий! Тебя бы на мое место!
– Какие отношения связывают вас с Леонидом Булавиным? – снова монотонно бубнил Стас, стараясь держать себя в руках и не раздражаться.
– Интимные! – хохотнул Костик. – Очень даже нежные, дружественные у нас отношения. Вот с этим вот самым Леонидом Булавиным. А кто это, кстати?
Гуров молча сидел в сторонке и, слушая этот вздор, внимательно вглядывался в лицо Шепелева. Оно действительно было совсем не по-мужски красивым.
«Что ж, возможно, они и впрямь ничего не заподозрили, ни Проскурин, ни его ночные гостьи, – думал он. – Ведь виделись они, можно сказать, только мельком. С того момента, как Костик вошел в номер, до того, как все вырубились, прошло не так уж много времени. Когда им там было приглядываться».