В квартире Марии они все разобрали, разложили по местам, а водитель Тамары тем временем съездил в магазин и привез два пакета с продуктами, среди которых была и бутылка хорошей дорогой водки. Тома открыла ее, налила в две рюмки и сказала:
– Давай за начало твоей новой жизни! – Когда выпили, она стала прощаться: – Хозяйничай, наводи уют, а я домой поеду – своих дел полно. И чтобы завтра же подала заявление на развод! Я проверю! И вообще, если что случится, тут же приезжай ко мне! Или позвони, я сама приеду! Мы с тобой еще не один фильм снимем! Мне понравилось!
Проводив ее, Мария вернулась в кухню, села, огляделась и вздохнула – праздник закончился невесело.
ПонедельникУтро для Гурова в госпитале, а Орлова с Крячко на службе началось нервно – они ждали больших неприятностей. Но время шло, а ничего не происходило. Наконец, не выдержав, Станислав, у которого где только не было приятелей, позвонил своему знакомому в УСБ и как бы между прочим поинтересовался здоровьем, настроением и делами служебными.
– Расслабься, ничего твоему Гурову не грозит. Запись та из Интернета исчезла. Кто разместил – неизвестно, кто убрал – тоже. Наши специалисты попытались хоть какой-то след найти, но не смогли. А нет тела – нет дела!
Положив трубку, Крячко передал эти слова Орлову, и они понимающе переглянулись.
– Да-а‑а! Не зря у него кличка Цезарь, – протянул Петр.
– Если он всего два раза сидел, да к тому же по таким статьям, как же его короновали? – удивился Стас.
– А его денег так и не смогли найти, так что он себе, наверное, и корону купил, а потом и эту должность. Он столько нахапал, что у меня фантазии не хватит, чтобы представить, сколько нулей в его состоянии.
– Черт с ним! По крайней мере, утешает то, что этот без нужды кровь лить не будет.