От ее руки по телу пошло приятное тепло, голова стала тяжелой, и последнее, что успел подумать Гуров перед тем, как провалиться в сон, было: «Шаманит, чертовка!»
Убедившись, что он спит, Савельевы вернулись к себе в спальню, и дом наконец затих.
А вот Ольге Болотиной было не до сна. Утром к ней неожиданно пришел Любимов, хотя они об этом не договаривались, и заявил, что решил расторгнуть с ней договор на оказание юридических услуг, объяснив, что не может работать с доверителем, который не прислушивается к его советам.
Не успела Ольга отойти от этого шока, как явилась делегация акционеров предприятий ее мужа. Ольга, чувствуя себя хозяйкой, встретила их с гордо поднятой головой, но они не спешили здороваться. Некоторое время мужчины рассматривали ее тяжелыми, неприязненными взглядами, а потом оскорбления посыпались, как горох из дырявого мешка:
– Это в твою дурную башку пришла идиотская мысль пресс-конференцию устроить? Или кто еще дурнее тебя нашелся?!
– Ты какого хрена на всю страну грязным бельем трясла?!
– Если бы у Игоря были проблемы, он сказал бы нам.
– Ты какого хрена в мужские дела полезла?!
– С чего это ты решила, что можешь что-то продать или остановить? Хозяйка, блин, нашлась!
– Язык чешется? Возьми терку и почеши! Психопатка!
– И где только Игорь нашел такую дуру, как ты? По сравнению с тобой его первая жена – академик!
Если при первых же словах Ольга впала в ступор и стояла, молча хватая ртом воздух, то после сравнения с бывшей женой Болотина словно очнулась и крикнула:
– Ветер!
– Ветер-ветер, ты могуч!.
И тут со стороны двери раздался спокойный, равнодушный голос телохранителя:
– Говорят.
Шагнув к мужчинам, он сумел буквально одним взмахом руки вырубить сразу двоих, а вошедшие следом за ним другие парни довершили начатое.