– А ты здесь при чем?
– Вот и я говорю, – с энтузиазмом поддержал высокий. – На кой оно мне сдалось, это происшествие? Я здесь, он там. Я деньги вложил, доход свой получаю, а в их внутренние дела, чего там и как, не встреваю. Вот и меня пускай не беспокоят. У меня и своих беспокойств хватает. Правильно?
– Правильно. Куда сейчас? В «Вепрь»?
– Да, как обычно. Поехали, Леша!
Высокий блондин и низкорослый брюнет устроились на заднем сиденье «Крайслера», и через минуту в поле зрения Гурова маячил лишь задний бампер престижного автомобиля, постепенного терявшегося в непрерывном потоке, движущемся по городским трассам.
«Вот оно как, – глядя вслед удалявшейся машине, подумал Лев. – Не пришлось ни услуги страховые предлагать, ни о перевозках договариваться. Сами все рассказали. Без наводящих вопросов».
Тот факт, что приехал в «Ариадну» практически одновременно с Сысоевым, он считал несомненной удачей, но при этом не мог не отметить, что, так же как и в случае с Хачатуровым, единственный результат здесь – отсутствие результата.
"Московские собственники явно не болели душей за свою недвижимость в городе Владимире. Было совершенно очевидно, что ни Сысоев, ни Хачатуров не только не причастны к произошедшим там недавно чрезвычайным событиям, но и вообще не особенно интересуются тем, что там происходит. «Деньги вложил, доход получаю» – вот короткая и ясная формула, которая, по всей видимости, исчерпывала все взаимоотношения Сысоева и Хачатурова с их владимирской «дорогостоящей недвижимостью».
Впрочем, до приезда «долговязого очкарика» времени оставалось еще много, и Гуров решил продолжить свой вояж по адресам, выписанным в кабинете Мишина.
После Сысоева в его блокноте стоял адрес Сергея Смирнова, человека, продавшего свою долю Хачатурову и, возможно, имевшему с покойным Проскуриным какие-то иные взаимоотношения, кроме участия в его прибыльных проектах. Он обитал в Мытищах, от офиса «Ариадны» это было очень далеко, и, не теряя даром золотого времени, Лев нажал на газ.