Мы с Этьеном ахнули, увидев голубоватое свечение, исходящее от ладоней алхимика, усиливающееся у кончиков пальцев. При соприкосновении с кожей багряные края рубина засияли, и черная, покрытая трещинками сердцевина, показалась мне отвратительным комком грязи, болезнью, поразившей драгоценный камень. Пальцы Тити неестественно задрожали. О, Господи, как я могла забыть?!
– Этьен, отвернись, пожалуйста, – попросила я, накрыв рукой камень. – А лучше отойди, умоляю.
– Зачем это? – возмутился Тити. – Мне тоже интересно!
– Да, зачем? – полюбопытствовал граф.
– Демон. За камнем охотится водный демон, – пояснила я. – Он вселялся в Этьена. Да, любимый?
Этьен поморщился:
– Ладно. Я здесь, если что, – и отошел на дюжину шагов.
Я услышала, как он пинает носком сапога траву.
Граф понимающе взглянул на меня, и мы отступили еще немного. Благодарно кивнув, я убрала ладонь, и кровавый отсвет от камня снова упал на запястье графа.
– Так что же вам нужно? – спросил он.
– Очистить камень.
– Вот как! Вы хотите больше силы, мадемуазель?
– Нет, мне не нужна сила.
– Похвальная жертвенность, однако уверены ли вы, что все обстоит именно так на самом деле? – сощурился граф. – Не поступаете ли опрометчиво, желая избавиться от силы? Многие, напротив, ищут ее.
"– Ничего, кроме несчастий, мне этот дар не принес.
– Неужели? Подумайте. Такими вещами не разбрасываются. Это равно тому, как если бы музыкант отказался от абсолютного слуха или танцовщик предпочел ходить с костылем, – внимательно посмотрел на меня граф. – Мне ничего не стоит удовлетворить вашу просьбу, но будете ли вы рады? Не пожалеете? Вы точно хотите отказаться от силы?
Я переступила с ноги на ногу, голова снова закружилась. Отчего же он мучает меня вопросами? Хочу ли я расстаться с даром? Я закусила губу.