– …Не нарушайте правила, милочка, и тогда не будет случаться таких вот казусов. Обещаете? – по-доброму заглядывал врач скорой помощи в глаза Марины.
– Обещаю, – улыбнулась она.
Интересно, что же такого она пообещала и какие правила умудрилась нарушить? И как же Марка радовал румянец (пусть и смущения) на ее щечках.
– Ну, будьте здоровы! – довольно бодро для своего возраста подскочил дедок с лавки. – А вы, молодой человек, напоите свою девушку крепким горячим чаем, – строго велел Марку. Словосочетание «свою девушку» пришлось по душе.
Та взяла чемодан и вместе они удалились. Ну и… Марк не сдержался. Эмоции вышли из-под контроля, ну или в тот момент их было в нем слишком много. Схватив Марину в охапку, он поднял ее с лавки и прижал к себе. Уткнулся лицом в ее шею и судорожно выдохнул:
– Как же ты меня напугала!
Понимал, что сжимает ее слишком сильно, что она, возможно, еще слаба после обморока, но ничего не мог с собой поделать.
– Отпусти. Мне нечем дышать, – раздался ее голос, но Марк не понял, с каким выражением она это произнесла. В то, что услышал равнодушие, верить отказывался.
– Не могу, – буркнул он ей в шею, наслаждаясь ее запахом – чистой кожи с примесью геля для душа.
Объятья расслабил разве что чуть-чуть, отчего они стали только интимнее. Мелкими поцелуями он покрыл шею Марины, подбираясь к губам. Дико хотелось поцеловать ее, но она не позволила.
– Перестань! – решительно уперлась она ладонями ему в грудь и оттолкнула от себя. – Кажется, ты о чем-то хотел поговорить?.. – смотрела на него… да, совершенно отстраненными глазами, без единой эмоции. Разве что, где-то в глубине их Марк смог прочитать то ли обиду, то ли грусть.
– Ты… голодная? – спросил он первое, что пришло в голову.
– Нет, – тряхнула она волосами.
– Тогда… пошли пить чай и есть мороженое, – ляпнул Марк.
Но как же вовремя он это сделал – сказал, не подумав. Холод в глазах Марины несколько потеплел, а губы тронула улыбка, которую она сразу же прогнала. Она словно запретила себе улыбаться ему. Сделала это непроизвольно и сама же испугалась.