Он всегда Марку подкидывал дочек разных его компаньонов и друзей. И все были так, проходным вариантом на ночь, на неделю, в лучше случае – на месяц. Если, конечно, вообще дело доходило до постели. Но с Мариной все иначе. Постель это не основное, это очень вкусное дополнение.
Ему хочется поговорить с ней обо всем на свете, расспросить о ее планах на будущее, о том, что она любит, чем в свободное время занимается, каким политикам доверяет, верит ли в теорию заговора.
Она как подруга… подруга, с которой можно переспать.
Вот это и есть любовь, наверное. Учитывая, что Марк никогда ранее не испытывал подобных чувств, то и дать четкое определение своим чувствам он не мог.
Об этом слагают стихи и песни, пишут музыку, создают книги, фильмы и сериалы. Только он никогда эти розовые сопли не понимал.
– Да… – Марина вернула его из потока подсознания в реальность. – Зачем тебе все это?
Марк выдохнул и приподнялся с кровати.
– Я влюбился… – поймал ее взгляд, всматриваясь в глаза.
Он очень хотел, чтобы она тоже призналась в том, что влюбилась. Взаимная любовь самая прекрасная. Просто так сходить с ума по девушке, не имея на то ответных чувств, не только унизительно, но и больно. А Марк знал, что заниматься сексом можно и без чувств. И секс бывает очень неплохим, не таким, конечно, как когда эти чувства есть, но тоже вполне себе сносным. Марк не хотел, чтобы он стал для Марины неплохим ёб@рем и не более.
Но Марина не ответила на его признание, чем очень напрягла Марка. Впрочем, он прекрасно понимал, что их шаткие отношения еще совсем не укрепились, и для нее еще больший риск признаться ему в чувствах. Он-то студент, ему можно налево и направо говорить девушкам, что влюблен. Никого это не удивит. А она училка, ей так нельзя. Совковые запреты и стереотипы до сих пор сидят в тех, кто родился даже уже после его распада.
Раз она молчала, Марк решил, что может ее сам спросить об этом.
– А тебе зачем все это? Почему согласилась со мной поехать? Я же просто твой студент."
"Каждое его слово было на грани. Потому что этим можно и обидеть. Марк это понимал, но не мог не выяснить. Пусть скажет. Пусть соврет, он по глазам поймет, какова правда.
– Не знаю… это совсем на меня не похоже, – вдруг разоткровенничалась Марина.