Этот Гафанович оказался разворотливым мужиком и хорошим организатором. Он меньше чем за сутки организовал полное научное обеспечение. Главное то, что найденные части украшений, скорее всего, принадлежат именно той самой утерянной коллекции купчихи Брыкаловой, а до нее актрисе Анастасии Александровой. Там есть ряд особенностей, которые еще в старинном описании отмечались. Частично они и идентифицировали наши находки. Я успел заскочить к экспертам и принес копии заключений по следам и образцам с места преступления в мебельном цехе.
– Молодцы, подсуетились, – похвалил Орлов криминалистов. – Ну, и что там?
– Там все интересно. Эксперты сначала сделали вывод, что доступа в тайник из внутренних объемов шкафа не было. Но потом резонно подумали, что драгоценности в тайник попали не в момент создания шкафа как такового. Очень сомнительно. Но задняя стенка была вскрыта уже в наши дни. По разным признакам от месяца до двух назад. До этого задняя стенка была целая.
– Значит, тайник открывался изнутри?
– Да, нашли они хитрые пазы, с помощью которых перемещались панели и доступ в тайник открывался изнутри.
– Они могли догадаться, что внутри что-то есть, когда кто-то кантовал шкаф, – предположил Орлов. – Услышали глухой стук, когда сверток, или что там было, свалился набок, съехал на другую сторону тайника.
– Может, и так, – согласился Гуров. – И в связи с этим у меня возникла одна мысль. Смотри, что получается. Тайник нашли и вскрыли люди, не имеющие представления о мебели прошлых веков, способах устройства тайников и тому подобных вещах. Они почувствовали, что внутри что-то есть, и добрались до этого. Глупо. Но если это просто кража, то вполне тривиально.
– Ты имеешь в виду, Лев Иванович, зачем было снова все класть назад в тайник?
– Точно! – обрадовался Гуров тому, что старый друг и коллега понял его с полуслова.
Гуров протянул Орлову лист с результатами экспертизы.