На свете давно уже нет ни Маши, ни Лизы, один Бог знает, какую тяжелую жизнь они прожили, сколько несчастий выпало на их долю – революции, войны, блокада, – и только эта открытка сохранила связанное с ними воспоминание о том, как в детстве они играли в сыщиков!
– Красивая открытка, – проговорил Игорь. – Редкая, наверное. Хочешь, возьми ее себе.
– А что – и возьму! – ответила Надежда Николаевна неожиданно для себя самой.
Конечно, это было для нее совершенно нехарактерно – тащить в дом какое-то старье с помойки.
Но дело в том, что она внезапно почувствовала покалывание в корнях волос – а это бывало с ней в тех случаях, когда она сталкивалась с какой-то детективной загадкой.
– А что значат вот эти буквы – ЕПМГ? – машинально спросила она приятеля.
– Ее превосходительству, милостивой государыне, – ответил Игорь, не задумываясь.
– Значит, эта Лиза была какой-то важной особой?
– Вовсе не обязательно. Так до революции адресовали письма всякому человеку благородного происхождения или приличной профессии, в общем, как тогда говорили – из благородных.
Надежда взглянула на часы и только охнула. Скоро муж с работы придет, а у нее дома шаром покати, с утра с теткиными очками валандается. Ох, уж эти родственники…
Когда они покинули двор, из-за чахлых кустиков показался мужчина. На нем были темные очки и неприметная рубашечка в серо-буро-малиновую клеточку.
Есть качества, присущие некоторым индивидуумам с детства. Допустим, умение списывать на экзаменах. Вот посади такого голого перед целой комиссией учителей, так он все равно сумеет откуда-то шпаргалку вытащить. Или телефон мобильный заныкает, как его ни обыскивай.
Этот мужчина умел быть незаметным. Вроде бы двор пустой, все на виду – помойка, кустики, скамеечка. А вот, поди ж ты, даже дворничиха его не заметила.
Мужчина не спеша последовал за парочкой старинных приятелей к выходу и успел заметить, как они садятся в машину. Он удовлетворенно хмыкнул, запомнив ее номер. После чего сделал несколько шагов к припаркованной неподалеку машине, такой же незаметной, как он сам. Он последовал за машиной Игоря, который был так любезен, что довез Надежду до самого дома. Зайти отказался, сказал, что торопится, впрочем, Надежда и не настаивала.