Уитни подпрыгнула, развернулась, широко размахнувшись, чтобы отвесить наглецу давно заслуженную пощечину, но, к несчастью, рука сорвалась и задела за стену, на которой висела маленькая картина, мгновенно и с громким стуком свалившаяся на пол.
– Поглядите, что вы наделали, – растерянно прошептала Уитни. – Сейчас весь дом разбудите!
И, надувшись, устремилась в свою комнату.
Трое слуг Арчибалдов выстроились у буфета, на котором стояли дымящиеся блюда яиц с маслом, ветчиной, беконом, филеем, нарезанным тончайшими ломтиками, свежими поджаристыми булочками, картофелем, приготовленным тремя разными способами, и другими соблазнительными блюдами.
Помешивая чай, Эмили исподтишка изучала Клейтона, беседовавшего в этот момент с Майклом, и ловила себя на том, что романтическая мечта видеть подругу герцогиней Клеймор все больше завладевает ее мыслями.
– Кажется, наша гостья собирается проспать весь день, – удивился лорд Арчибалд.
Эмили заметила, как герцог, бросив в сторону ее мужа многозначительный взгляд, мягко заметил:
– Уитни, должно быть, еще не оправилась от последствий вчерашнего вечера.
– Не знала, что она больна! – всполошилась Эмили. – Сейчас поднимусь, посмотрю, что с ней.
– Не надо – прохрипела Уитни. – Я… я здесь."
"При звуках ее почти неузнаваемого голоса все трое дружно обернулись. Девушка стояла в дверях, опираясь обеими руками на дверную раму, слегка покачиваясь, словно не могла удержаться на ногах. Эмили, окончательно встревожившись, отодвинула стул, но герцог уже успел встать и тремя шагами пересек комнату.
– Как вы себя чувствуете, малышка? – осведомился он, с понимающей улыбкой вглядываясь в бледное лицо Уитни.
– А как, по-вашему, я должна себя чувствовать? – охнула Уитни, награждая его полным муки, обвиняющим взглядом.
– Вам станет лучше после того, как позавтракаете, – пообещал он, подводя ее за руку к столу.
– Нет, – пробормотала Уитни, – я, наверное, вот-вот умру.
Глава 22
Уитни все еще была почти убеждена в своей немедленной кончине, когда экипаж уносил ее от городского дома Эмили.
– Знаете, – едва выговорила она, – я никогда не любила шампанское.