Принеси то, подай это… Сбегай, вернись…
Вторая хмыкнула:
— Ну, искреннее наше сочувствие… Обувью не швыряется — уже хорошо.
Первая тяжело вздохнула:
— А напоминать обязательно? Кстати, что у вас новенького? Кое о чём я уже в курсе, но…
Третья прикинула, что вторая могла уже рассказать, пока её не было.
— В принципе, всё по-прежнему. Серпентарий шипит и строит козни, хоть уже и успели наворотить дел по-дурости… Остальные… Шестерых сразу отметаем. Им незачем всё «это» устраивать.
Вторая повернула голову в сторону третьей:
— Это почему?
— А она имела сегодня разговор с королём, в котором просила исключить её из отбора, но с правом остаться во дворце до конца. Очень уж ей баронет на балу один приглянулся. Думаю, у бедняги нет шансов. Алисия — не дура, знает чего хочет. Если поставила себе цель выйти замуж, то от своего не отступится. Тем более, что там, похоже, взаимная симпатия имеет место быть.
Вторая скрестила руки на груди:
— Будь у меня такое количество сестёр, я бы тоже искала шанс удачно выскочить замуж. Глядишь, и младших пристроить удастся со временем.
— Это точно. Как только барон не рехнулся в своём «цветнике»… — третья покачала головой, задумчиво ковыряя туфлёй пол.
— Сильные нервы, видимо. И погреб хороший. Винный.
Троица тихонько рассмеялась шутке.
— Тихо. Кажется, кто-то идёт…
И девушки бесшумно скрылись во мраке подземелий гостевого крыла.
Глава 48
Покой всем только снится
— Арлиз, мне кажется, или нас тут за идиоток держали и продолжают держать? — Мелиана проводила обалдевшим взглядом ушедшего Верента."
"— Вот конкретно сейчас даже не знаю, что и сказать. Вначале я думала, что эта герцогинька недорезанная действительно хочет окрутить короля и стать королевой. Но то, как она себя вела и как общалась с ним первое время, явно говорило, что «венценосное замужество» — это явно самое последнее занятие на свете, которое её может заинтересовать.