Гораздо больше меня стала выводить из себя бюрократия. Я ошибочно полагал, что мои слова о проведённом рейде проверят, и что о моей анкете уже в курсе.
Я ссылался как на Свиридова и его команду, так и на Воронова. В итоге спустя почти час споров и перерывов со словами «сейчас проверим», а также попыток отправить меня к очереди на улицу записываться в армейские одарённые, ко мне неожиданно пришёл сам майор Воронов.
— Алексей, и правда ты здесь… — он вздохнул, выдернул стул от соседнего стола и сел рядом. Молча осмотрел меня, ненадолго остановив взгляд на каплях крови, брызнувших на штаны.
— Да. Не хотят регистрировать мою команду.
— И кто в ней состоит?
— Я один.
— Видите, — проворчала женщина, которая сидела в администрации. — Я всё объясняю, что это не игра. И он даже обучение не хочет проходить.
— Подождите, — остановил майор администратора. — Алексей, ты правда отправил босса в нокаут кулаком, позволил его добить члену команды и сказал, что ты выше семидесятого?
Я просто подтвердил все эти слова, сославшись на то, что Посланница оценила мой дар.
— Ты понимаешь, что если это правда, то в данный момент ты самый высокоуровневый на этой базе?
— То есть, остальные в отъезде? А сколько всего таких людей?
После моих слов в комнате стало совсем тихо. Я чётко слышал как тикают стрелочные часы, гул кондиционера и гомон из коридора.
Скрывать насколько силён я не собирался. Но их реакция действительно удивляла. Впрочем, это лишь стартовая фора, и на мой вопрос отвечать не стали.
— Почему сразу не сказал?
Я смог только пожать плечами.
— А вы бы поверили без демонстрации?
Снова молчание, закончившееся глубоким вздохом.
— Для порядка скажу, что с таким уровнем ты бы пригодился нам. Но ты уже решил действовать сам? И чётко понимаешь, как опасно не иметь прикрытия? — я снова кивнул после вопроса. — Хорошо, будет постоянная команда из одного человека.
— Но мне могут одолжить личный транспорт?
Воронов сверлил меня взглядом, и медленно кивнул.
— Да. Ты ведь умеешь водить. Сейчас на разъезды реквизировано много транспорта, пылившегося на парковках.
— В идеале, хотел бы вертолёт.
Снова повисло долгое молчание. Кажется даже за дверью притих гомон. Воронов сначала улыбнулся.