Четыре его меча покрывались красивым узором, а кромки взятых в руки начали искрить бронзовыми молниями.
Комбинация этих двух умений не дала ещё ни одной осечки даже против самых сильных встреченных им существ.
— Красиво говоришь. Да только я не собираюсь слушать бредни маньяка-потрошителя!
Четыре меча резко взлетели в небо, где со вспышкой света распались на сотни кинжалов, обрушившихся на цель сплошным градом. Изотов резко крутанулся, посылая несколько параллельных широких серпов."
"Никаких шансов на уклонение не было, лес трещал и падал.
Но увиденное рушило все ожидания. Существо стояло на месте, выставив одну свободную руку вверх, а другую к серпам. Вторая пара так и оставалась сложена за спиной. Фиолетовые барьеры мерцали, удерживая щепки. А стволы деревьев, объятые свечением, зависли вокруг.
Четыре меча, вновь собравшихся воедино, отшвырнуло в разные стороны.
— Мастер вооружений может намного большее, чем размахивать дубиной.
Ветви и комья земли полетели в Изотова. Он яростно отбивался, пускал новые волны энергии. Умение перемещаться рывками позволило ему сократить дистанцию. Вся сила до последней капли была вложена в последний удар. Сияющий клинок сносил деревья.
Но исказитель лишь махнул рукой и парящие клинки и одарённого швырнуло прочь. Он получил удар в спину, затем по ногам и в грудь.
Он попытался пробить себе выход мечом, новым ударом и… звякнула сталь. Один из его клинков более ему не принадлежал. Военного блокировали со всех сторон, заломили руку за спину и вырвали оружие. Всё тело как будто сковали острыми камнями.
Пришло жуткое осознание: он не был серьёзным противником для этого существа. С самого начала боя-дуэли его не били по голове, не кололи собственными мечами. Даже та ударная волна не была сильнейшей атакой.
«Внимание, получено новое задание: любыми методами не допустить пораборещния ордой. Наказание за провал — смерть!»
Красная надпись начала мерцать перед глазами. Но что можно сделать в его положении⁈
Смерть казалась лучшим исходом, но вокруг начали растекаться фиолетовые струи энергии и интерфейс внезапно погас.
От равнодушного голоса у Изотова по спине пробежали мурашки.
— Нам предстоит много работы. Ты станешь поистине отличным материалом.