— Не отвлекаемся, — прокричал Стром, и мы собрались. Стром ободряюще кивнул мне головой.
— Ага, расскажешь нам подробнее, когда мы надерем этим рогатым задницы, — обронил Грин. Парни оцепили меня, но тут же расступились перед Деректаргом.
Тот одной рукой сжал меня в объятиях и тут же отпустил. Ему не нужно было говорить, он и так все чувствовал, что я испытываю. Я почти реально ощущала его страх за меня и тревогу.
Плечо затянулось и не кровоточило. Драконица помогла залечить опасную рану. Но времени, чтобы расслабляться не было.
— Сможешь закрыть портал? — бросил Деректарг. Я кивнула ему. И встала посреди тронного зала, под защитой личной гвардии легионеров Дерека и его самого. Теперь можно было не волноваться о своей жизни.
Только плетение само собой развеялось, когда я увидела, кто вышел из огромного зева портала.
Я даже не обратила внимание на первую линию заслона, сразу вычленяя хрупкую женскую фигуру… мамы. Она, кажется, помолодела. Ее густые пшеничного цвета волосы были уложены в высокую прическу.
— Лера, скорее, — прокричал Деректарг.
И тут мама посмотрела ровно на меня. Ее глаза округлились, а потом она бросилась вперед, минуя свою охрану. Ведь как еще назвать того здорового демона с большими закрученными черными рогами, что успел заступить той дорогу.
— Алексия, стой!
— Ваал! Мы нашли ее! — прокричала мама. Тот самый Ваал перевел на меня взгляд и… облегченно выдохнул. Я, кажется, стояла и не дышала."
"Но еще больший шок я испытала, когда посмотрела на еще одного сопровождающего моей мамы.
Осунувшийся, но жилистый маг с головой седых волос, а ведь я помнила его с золотистой шевелюрой волос, за доли секунд сплел заклинание и выпустил его. Моя мама оторвалась от Ваала и подхватила… Дитриха под руку.
А потом все демоны вокруг замерли в тех же позах, что и были. Рухнули на колени как подкошенные, с искаженными от боли лицами.
— Не убивать! — Деректарг громко отдал команду.
— Мама! — я подхватила алую юбку и растолкала свою охрану. Бросилась к маме и, кажется… дедушке.
— Как такое возможно? — голос мой дрогнул. Я смотрела в родное лицо, а потом на изможденное лицо дедушки.
— Это твой…
— Я знаю, мама. Видела картину.
Мама взяла меня за руку, сжимая ее.