– Я тут подумала, – сказала Юля, колошматя ложечкой по стенкам чашки. – Следующий секс у меня будет только после свадьбы.
– Угу, – промычала я, отводя глаза. Хотелось бы верить. – Очень мудрое решение. Несколько запоздалое, но все же…
– А ты сама-то не залетела?
– Я таблетки пью.
– Ишь какая предусмотрительная.
– Юля, может, все не так плохо? – робко предположила я. – Жилье у нас есть, деньги тоже. Если что, из бывшей ведьминой лаборатории получится чудная детская…
Юля пронзила меня убийственным взглядом, и я заткнулась.
Спровадив подругу в институт, я решила взяться за уборку: вымыла полы, вытерла пыль на всех подоконниках и полочках, отдраила сантехнику до зеркального блеска. Степан Аркадьич мог бы мной гордиться! Я даже отполировала котел в камине специальным средством от разводов. Только к шестиугольной двери в полу решила лишний раз не прикасаться. Подвинула стол и стулья так, чтобы ее поменьше было видно.
В кабинете я задержалась, прикидывая, как можно было бы расставить мебель. Детскую кроватку в уголок, шкаф к стене, игровую зону сделать у окна.
Я вышла во двор, чтобы как всегда выпить чаю на ступеньках, и чуть не выронила из рук чашку.
Ерема подошел ко мне в сопровождении Брюса, с которым они стали неразлучны, кивнул на дракона:
– Страшенное чудище получается!
В его голосе я уловила нотки одобрения.
Спину дракона Юля укрыла старыми покрышками, а брюхо обмазала суперглиной Коренея. Кое-где еще зияли провалы, в которых виднелись внутренности Глории: переплетения полос металла, автомобильные запчасти, сейф.
Из дома донесся стук входных дверей, и я, сунув чашку чая Ереме, понеслась назад.
Юля кинулась на меня с объятиями, сжала так сильно – не продохнуть.