Меня ведьма исцелила, я могу сражаться.
Ярополк долго сверлил его взглядом, потом кивнул, что-то решая:
– Еще раз не сумеешь выполнить прямой приказ, разжалую со службы.
– Не губи! – встрепенулся Ерема.
– Все. Летишь назад с ними вместе, и до моего возвращения чтоб без сюрпризов.
– А ты? – Я взяла Ярополка за руку, и он сжал мои пальцы.
– Это только начало, Василиса. Что-то неладное происходит. Сумеречные твари мерзкие и злобные создания, но у них была одна слабость – они никогда не сражались вместе.
– Это все Юлька.
– Это была твоя идея! – Подруга не захотела единоличной славы. А может, ответственность за дракона была слишком тяжела для нее одной. – Яр, береги Глорию. Она еще совсем несмышленая.
Юлька отошла попрощаться с драконом.
– Яр…
– Мы поговорим, когда я вернусь, Василиса, – перебил он меня. – Сейчас не время. И я все еще сержусь, что ты не выполнила мой приказ.
– Отчего это я должна выполнять твои приказы? – вскинулась я. – Я свободная женщина…
Он прервал мою пламенную речь поцелуем. И это был именно такой поцелуй, о котором я мечтала.
Первое время после возвращения из Сумеречного леса мы с Юлькой ходили притихшие, будто мешком пришибленные.
"Я отпила еще глоток, покатав по небу мятную свежесть, погладила по розовой ручке подползшего Брюса. Тыквы наконец-то завязались. Я пересчитала – пятьдесят одна штука, с запасом. Большой вопрос, успеют ли они вызреть, но в условиях бабули ничего не сказано о том, какого размера и цвета они должны быть.