Глория высунула черный шершавый язык и облизала вампиру и тонкий хищный нос, и окровавленный подбородок с ямочкой. Вампир дернулся снова, пытаясь вырваться из крепких объятий, но Глория лишь прижала его теснее. – Ха-рро-шы-ы.
Она развернулась и покатила к озеру. Черные крылья вампира подрагивали, пытаясь расправиться, ноги в щеголеватых черных сапогах с золотыми шпорами сучили, не доставая до земли.
– Это Гриффер, первый вампир, – откашлявшись, просипел Ерема. – Я слышал о нем. После разделения миров его посадили в какую-то магическую тюрьму.
Бледная Юлька встала с пола, оперлась на мою руку.
– У меня такое чувство, будто он мне все мозги высосал! Отчего ж его не казнили?
– Соглашение с высокими о сохранении видов. Из-за этого соглашения и Сумеречный лес не вырубили, как давно надо бы сделать. Я не очень разбираюсь в дипломатии. Вы лучше у воеводы спросите, как вернется.
– Надо убить вампира, – сказала я, глядя вслед удаляющемуся силуэту дракона. Кажется, Глория решила полюбоваться грозой у озера.
"– Эй, полегче, – встряла Юлька. – Спрячь свою ведьму поглубже.
– Ты его слышала? Это чудовище похлеще моей бабули. Его нельзя оставлять в живых. Не сегодня, так через год он найдет способ нам отомстить. Или ты хочешь превратить Большие Запоры в Мертвые?
– Да нет, я целиком поддерживаю твое предложение, – пожала плечами Юлька. – Но тебе ведь надо быть хорошей, чтобы бабуля не могла подселиться в твое прекрасное тело сорок второго размера.
Мы повернулись к Ереме:
– Как его прикончить?
– Я точно не знаю, – задумался Ерема. – Вроде серебряные пули его берут, кол в сердце из кладбищенской осины. Ну и солнце, конечно.
– Солнце подходит, – кивнула я.
– Надо дать Глории четкие инструкции. – Юлька застегнула молнию на куртке, натянула капюшон. – Пошли?
Мы втроем спустились к озеру.
– Глория, девочка моя, – ласково позвала ее Юлька. – Ты его держи крепко, не отпускай.
Глория повернула на нас фары, заставляя зажмуриться от света, кивнула, улыбнулась капканом зубов.