Нужно съездить в Казань по делам. Не хотите с Мышкой полететь вместе со мной? Она ведь ни разу не была в твоем родном городе? — Роберт отпустил мою руку, которая уже онемела от его хватки, но не отошел от меня.
— Что? — переспросила я, не поняв его вопроса.
Он предлагал мне совместную поездку?
— Не притворяйся, что не услышала. Полетите? Да или нет?
— Нет, конечно. К тому же я не летаю на самолетах…
— Жаль, — криво усмехнулся он. — А ведь близнецам часто нравятся одни и те же вещи, хобби, увлечения, они стараются одинаково одеваться… Может быть и с мужчинами так же? — его синие глаза были так близко.
— Откуда в тебе такая самоуверенность?
Шалимов вдруг положил руки на мою талию и прижал к себе. Пульс учащенно забился, а я снова почувствовала головокружение.
— Ты позволяешь себе много лишнего. Отпусти меня немедленно, — я попыталась вырваться, но Шалимов с еще большей силой сцепил на мне свои руки.
— А если скажу, что мне плевать на твои отношения? — тихо сказал он, наклонившись к моему уху. — Мне кажется, ты ошиблась в своем выборе. Причем дважды.
Горячее дыхание обожгло кожу, и я задрожала, жмурясь от этих странных ощущений, которые вызывали мужские прикосновения и шепот.
— Полька! Почему дверь открыта? Я звоню тебе, звоню, а ты не отвечаешь…
Я широко распахнула глаза, и перевела взгляд за спину Шалимова, заметив в дверном проеме фигуру Быстрова. Паша изменился в лице, застав нас в недвусмысленной позе, а его зеленые глаза тут же загорелись гневом.
— Ну конечно, а я думаю, что за знакомая машина у подъезда! — язвительным тоном бросил он. — Руки убрал от нее. Немедленно.
26
Полина
В комнате повисло напряженное молчание, а мое бешено колотящееся сердце стучало с такой силой, что грозилось выскочить из груди. Когда уже закончится этот ужасный день, а мы с Мышкой останемся одни?
— Мне повторить еще раз? — рыкнул Быстров. — Руки убери от моей женщины.
На лице Шалимова мелькнула самодовольная усмешка, словно его забавляла эта ситуация.