Внебрачный сын олигарха

Несмотря на волнение, которое мне всё же удаётся побороть, наша сторона достигает договоренностей с партнерами. Это не может не радовать, поскольку небольшие разногласия имеются, но дипломатический подход Кирилла их с легкостью устраняет.

– Коллеги, спасибо большое за визит! Рад, что нам удалось найти общий язык, – на прощание говорит Воскресенский на беглом английском. – Тогда с понедельника начнём работу. До свидания, всего хорошего.

– До свидания, Кирилл! Надеюсь, сотрудничество окажется плодотворным и взаимовыгодным, – отвечает руководитель, пожимая руку Киру.

Затем обращается ко мне. – Арина, рад знакомству.

– Благодарю. Мне тоже было приятно, – улыбаюсь в ответ.

– Арина, задержись. Есть кое-какие моменты, которые нужно обсудить, – произносит Воскресенский. – Я провожу наших коллег. Это не займётся много времени.

Я молча киваю. Оставшись в конференц-зале одна, набираю номер телефона Паши.

– Ну как у вас дела, Паш? – интересуюсь, нервно постукивая подушечками пальцев по столу. – Марк позавтракал?"

"– Да, Риш, не волнуйся.

Скоро поедем за тобой. Если задержишься, зайдём в торговый центр, подождём, – весело отвечает мужчина. На заднем фоне звучит смех моего сына, и я облегчённо выдыхаю. У моего ребёнка всё хорошо.

– Хорошо, я позвоню, как освобожусь, – отвечаю я.

– Арин, Марк телефон отбирает. Скажи ему пару слов. – Слышится шуршание, а затем тоненький голос моего мальчика.

– Солнышко, мама почти закончила, – с нежностью в голосе произношу я. – Скоро увидимся. Я тебя люблю.

Вызов отключается, видимо, Паша забирает мобильный.

Мысли возвращаются к настоящему отцу Марка. Сомнений нет, я должна рассказать о сыне. Резко вздрагиваю от громкого хлопка двери и ловлю на себе неоднозначный взгляд Кирилла. Судя по всему, Воскресенский слышал мою последнюю фразу о любви. А ведь когда-то я утверждала, что её нет, это лишь химия. Наверняка он вспомнил об этом. Мужчина присаживается на соседний стул. И каждый раз, когда мы остаемся один на один друг с другом, воздух в буквальном смысле становится разреженным. Пауза затягивается.

– Я слушаю тебя. – Складываю руки перед собой, пытаясь отгородиться от вторжения Воскресенского в моё личное пространство.

– Командировка. На следующей неделе, – холодно отрезает он.

– Да, я знаю. Анатолий предупреждал меня, – спокойно отвечаю я.

– Вот только летим мы во вторник рано утром, а не в воскресенье, как планировалось. – Я открываю рот, чтобы возмутиться, но Кирилл продолжает: – Сразу отвечу на твой вопрос.